Сиена: момент наивысшей славы города – 1260 год, битва при Монтаперти. Часть IV. После победы гибеллинов


Ворчалка № 907 от 16.07.2017 г.




Поражение при Монтаперти произвело такое удручающее впечатление на флорентийских гвельфов, что уже 9 сентября они приняли решение добровольно покинуть город, в который 12 (или 13) сентября вошли гибеллины во главе с Фаринатой дельи Уберти и немецкие рыцари, во главе которых ещё некоторое время оставался граф Джордано д’Альяно.
По словам Макиавелли,
"после победы граф [Джордано д’Альяно] с гибеллинами занял Флоренцию, подчинил её власти императора, снял всех должностных лиц с их постов и уничтожил все установления, в которых хоть как-то проявлялась её свобода. Совершено всё это было очень грубо и вызвало всеобщую ненависть горожан, враждебность которых к гибеллинам столь усилилась, что это привело позже к полной их гибели".


Особенную известность получил эпизод, в котором главным действующим лицом оказался всё тот же Фарината дельи Уберти.
Вскоре после занятия гибеллинами Флоренции граф Джордано д’Альяно был по приказу короля Манфреда отозван из Тосканы для решения более важных дел, и наместником короля в Тоскане стал граф Гвидо Новелло.
Так как после победы при Монтаперти почти вся Тоскана, за исключением Лукки, оказалась в руках гибеллинов, то в конце сентября Гвидо Новелло созвал в Эмполи собрание предводителей всех гибеллинских городов. На этом совете был заключён союз между всеми гибеллинскими городами и обсуждался вопрос о будущем устройстве края.
Представители всех городов, а особенно сиенцы и пизанцы, указывали на то, что среди флорентийцев слишком сильны прогвельфские симпатии, и им нельзя доверять даже несмотря на то, что они присягнули королю Манфреду. Они потребовали полностью разрушить Флоренцию, а её жителей расселить по другим городам, потому что только сам факт существования этого города может восстановить мощь партии гвельфов.

Довод был вполне справедлив, и большинство членов совета были согласны с этим предложением, но тут поднялся Фарината дельи Уберти. По словам Макиавелли, Фарината дельи Уберти
"стал открыто защищать Флоренцию, говоря, что приложил много труда и подвергался многим опасностям только для того, чтобы жить на родине, что теперь отнюдь не склонен отвергнуть то, к чему так стремился и что даровано было ему судьбой, а, напротив, скорее станет для тех, у кого иные намерения, таким же врагом, каким он был для гвельфов; если же кто-либо из присутствующих страшится своей родины, пусть попробует сгубить её, — он со своей стороны выступит на её защиту со всем мужеством, которое воодушевляло его, когда он изгонял гвельфов".


Чтобы избежать раскола среди гибеллинов, граф Гвидо Новелло снял этот вопрос с обсуждения. Вместо этого было решено разрушить пять замков во флорентийском контадо, расположенных вдоль сиенской границы.
Так мужество одного человека спасло целый город.
Кроме того, по решению совета Флоренция вынуждена была уступить Сиене ряд спорных территорий.

Победившие впоследствии гвельфы не выказали никакой признательности этому мужественному человеку и его роду. Никому из рода Уберти так и не было дозволено вернуться во Флоренцию, а самого Фаринату инквизиция посмертно объявила еретиком.
Виллани признаёт:
"Однако впоследствии народ Флоренции забыл об оказанной ему услуге, проявив неблагодарность по отношению к мессеру Фаринате, к его роду и семейству..."


В Десятой песне "Ада" Данте упоминает о своей встрече с Фаринатой, который вопрошает:
"Поведай мне: зачем без снисхожденья
Законы ваши всех моих клеймят?"
И я на это: "В память истребленья,
Окрасившего Арбию в багрец,
У нас во храме так творят моленья".
Вздохнув в сердцах, он молвил наконец:
"Там был не только я, и в бой едва ли
Шёл беспричинно хоть один боец.
Зато я был один, когда решали
Флоренцию стереть с лица земли;
Я спас её, при поднятом забрале".


Изгнанные из Флоренции и других тосканских городов гвельфы нашли убежище в Лукке, которая оказалась слишком сильной крепостью для сил гибеллинов, чтобы сразу же взять её штурмом.
Когда власть гибеллинов в Тоскане укрепилась, граф Гвидо Новелло угрозой осады заставил флорентийских изгнанников покинуть Лукку и перебраться в Болонью, а оттуда – в Парму. Однако высылка изгнанников недолго оберегала Лукку, и в 1264 году гвельфы были изгнаны из этого города. Но, как мы увидим ниже, торжество гибеллинов оказалось весьма коротким.

Победившая Сиена, хоть и оказалась во главе гибеллинской Тосканы, вскоре оказалась перед лицом больших трудностей, так как 18 ноября 1260 года папа Александр IV отлучил от церкви всех открытых сторонников короля Манфреда в Тоскане. Это обстоятельство позволило многим итальянским и иностранным заёмщикам не возвращать долги сиенским банкирам, что нанесло городу не только большой финансовый урон, но и подрывало его деловую репутацию.

Александр IV (1185-1261) - Ринальдо Конти, граф Сеньи, папа с 1254.

Новый папа Урбан VI хоть и снял церковное отлучение с Тосканы, но начал вводить прямые санкции против сиенских купцов и банкиров из партии гибеллинов. Эти действия папы подрывали экономику Сиены, особенно международные связи сиенских банкиров и торговцев, поэтому в начале шестидесятых годов самые видные сиенские семейства, такие как Толомеи, Малавольти и даже Салимбене, начали потихоньку переходить на сторону гвельфов.

Урбан IV (1195-1264) - Жак Панталеон Кур-Пале, папа с 1261.

Дальнейшая история Сиены явилась отражением борьбы за Сицилийское королевство между последними Гогенштауфенами и римскими папами.
Ещё папа Урбан IV нашёл сильного союзника в лице графа Карла Анжуйского (1227-1285), который с разрешения французского короля Людовика IX (1214-1270, король с 1226) вполне мог противостоять королю Манфреду в борьбе за Сицилийскую корону.

Карл Анжуйский, как известно, прибыл в Италию только в июне 1265 года, но уже в 1263 году гвельфы в Тоскане начали отвоёвывать свои позиции.
В середине 1263 года в Модене начались столкновения между местными гвельфами и гибеллинами. Теснимые противником, моденские гвельфы обратились за помощью к гвельфам Болоньи, но их призыв с радостью встретили флорентийские изгнанники, которые бедствовали в приютившей их Болонье.
Они поспешили к пригласившей их Модене, где местные гвельфы впустили их в город. Получив столь сильное подкрепление, гвельфы в Модене победили своих противников и изгнали гибеллинов из города. Как сообщает Виллани:
"Их дома и имущество были разграблены, и эта добыча пришлась в самую пору флорентийским и тосканским гвельфам, сильно нуждавшимся в найденных здесь конях и оружии".


Вскоре аналогичная ситуация возникла и в соседнем городе Реджо ди Ломбардия (Реджо-Эмилия), где в распрю между местными гвельфами и гибеллинами активно вмешались флорентийские гвельфы, обосновавшиеся теперь в Модене. Сломив сопротивление своих противников и в Реджо, флорентийские гвельфы получили такую богатую добычу, что смогли сформировать небольшую армию, в которой насчитывалось более четырёхсот всадников. Этот воинский контингент оказал мощную поддержку Карлу Анжуйскому во время его кампании в Тоскане.

Пока граф Карл Анжуйский собирал силы и средства для похода в Италию, король Манфред предпринял ряд мер оборонительного характера. К середине 1265 года он снарядил сильный флот силами Пизы и Генуи, чтобы не допустить высадки Карла Анжуйского в Италии. Граф Оберто Паллавичино (1197-1269) с тремя тысячами немецких рыцарей охранял альпийские проходы, чтобы не пропустить армию Анжуйца в Италию сухопутным путём.
Казалось, что были предприняты все необходимые меры, но удача (и предательство) оказались на стороне Карла Анжуйского.

10 мая 1265 года Карл отплыл из Марселя, имея в своё распоряжении тридцать галер, а побережье Италии охраняли не менее восьмидесяти галер, мобилизованных королём Манфредом. В районе Пизы буря потрепала и рассеяла флот Карла, так что он с тремя галерами был вынужден высадиться на берег возле Порто-Пизано (Тритурита) для срочного ремонта своих кораблей.

Однако удача оказалась на стороне Карла Анжуйского, что хорошо описал Виллани:
"Прослышав о том, граф Гвидо Новелло тогдашний наместник короля Манфреда в Пизе, поднял своих немцев, чтобы скакать в Порто и захватить графа Карла. Пизанцы приняли свои меры, закрыли городские ворота, вооружились и потребовали у наместника вернуть им укрепление Мутроне, доставшееся ему от жителей Лукки и для пизанцев очень важное. Это пришлось улаживать ещё до выступления. Таким образом, граф Гвидо замешкался в Пизе, и к тому времени, когда он добрался до Порто, буря немного утихла, а граф Карл, в великой поспешности починив свои галеры, вышел в море и тем избежал грозившей ему опасности".
Так жители Пизы - гибеллины, между прочим, - позволили спастись своему злейшему врагу.

Дальше уже у Карла всё прошло как по маслу. На трёх галерах ему удалось незаметно добраться до устья Тибра и 23 мая въехать в Рим, где его встретили с большим почётом. Король Манфред долго не мог поверить, что Карл ускользнул из его рук, а удачливость Карла заставила многих знатных сеньоров-гибеллинов задуматься о будущем, тем более что папа Климент IV оказывал претенденту огромную поддержку. В конце июня Карл Анжуйский был провозглашён королём Сицилии, но с официальной коронацией пришлось немного подождать.

Климент IV (1190-1268) - Ги Фулькуа ле Гро, папа с 1265.

Сухопутными силами Анжуйца командовал граф Ги де Монфор (1243-1289/1291), который выступил в поход в июне месяце из Лиона сразу после получения известия о прибытии Карла в Рим. Однако его армия была обременена большим обозом и продвигалась очень медленно через Савойю и к ноябрю достигла окрестностей Турина через перевал Мон-Сени. Этими землями владел маркграф Вильгельм VII Монферратский (1240-1292), гвельф и злейший враг графа Паллавичино.
Передохнув в окрестностях Турина, французы отправились в Парму и добрались до неё без особых приключений, так как граф Паллавичино по какой-то причине не рискнул вступить с ними в сражение. Виллани как на одну из возможных причин свободного прохода французов называет предательство Буозо да Дуэра из Кремоны, который должен был охранять один из проходов, но за приличное вознаграждение позволил французам беспрепятственно пройти в Парму.
После гибели Манфреда возмущённые кремонцы изгнали из города всё семейство да Дуера и разрушили их дома, так что предатель Буоза смог вернутся в родной город только в 1282 году.

Затем французы проследовали в Мантую, где встретились с уже упоминавшимся ранее отрядом флорентийских изгнанников. Обходя Тоскану через Болонью, армия Карла прибыла в Рим только в начале декабря 1265 года.
Их прибытие настолько воодушевило графа Карла и папу Климента IV, что 6 января 1266 года в Риме в соборе св. Петра состоялась церемония коронации Карла Анжуйского как короля Сицилии Карла I. Церемонию от имени папы провели два кардинала-легата, которых папа прислал в Рим из Витербо.

После окончания коронационных торжеств Карл Анжуйский со своей армией двинулся в Апулию, но король Манфред поставил на защиту прохода через мост у Чепперано графа Джордано д’Альяно и Роберта Сансеверино (1220-1267), графа Казерты. Но последний уже склонялся к мысли о переходе на сторону французов (у него были на это личные причины, так как король Манфред соблазнил жену графа), и его разногласия с графом Джордано позволили части французской армии беспрепятственно переправиться через реку, так что удерживать эту позицию уже было невозможно.

Французы быстро захватили Чепперано, затем Акри и неожиданной атакой 10 февраля овладели городом Сен Джермано, который считался неприступной крепостью и в нём размещался очень сильный гарнизон. Стоит отметить, что отряды графа Казерты после ухода со своих позиций не пошли на соединение с королём Манфредом, а просто разошлись по домам.

Описанная серия неудач вывела короля Манфреда из равновесия, и он вскоре совершил роковую ошибку. Отступив сначала к Беневенто, чтобы не пропустить Карла Анжуйского в своё королевство, Манфред занял удобные оборонительные позиции, на которых он мог спокойно дожидаться прибытия подкреплений.

Однако когда 26 февраля усталая армия французов появилась у Беневенто, король Манфред решил сразу же атаковать измотанных долгим переходом врагов. Карл Анжуйский тоже решил не откладывать дело на следующий день, так как у них было очень плохо с продовольствием, фуражом и деньгами.
Он выстроил свои войска в боевой порядок и приготовился к атаке противника.
Виллани такими словами описывает ошибку короля Манфреда:
"...здесь он допустил ошибку, ибо через день-два войско Карла было бы вынуждено сдаться без боя. Дело в том, что из-за отсутствия продовольствия и фуража многие воины Карла накануне прихода к Беневенту были вынуждены питаться капустой и кормить своих лошадей кочерыжками за неимением хлеба и овса для лошадей, как, впрочем, и денег. Кроме того, силы Манфреда были раздроблены, — мессер Конрад Антиохийский [1240-1301] находился со своим отрядом в Абруцци, граф Фридрих — в Калабрии, граф Вентимилья — в Сицилии. Если бы Манфред подождал, он собрал бы более крупное войско, но кого Бог желает погубить, того он лишает разума".


Описывать само сражение при Беневенто, в котором король Манфред потерпел поражение и погиб, я не буду, так как это значительно увеличило бы объём данного очерка, да и немного выходит за границы объявленной темы, хотя это могло бы представлять определённый интерес.

При получении известия о гибели короля Манфреда гибеллины в Тоскане приуныли, но зато почти во всех городах активизировались гвельфы. Правители Флоренции провели ряд реформ в интересах пополанов, но граждане города были недовольны правлением гибеллинов и засильем немцев.

В начале ноября 1266 года граф Гвидо Новелло собрал во Флоренции около 1600 рыцарей из союзных городов, а 11 ноября 1266 года во Флоренции начались уличные беспорядки, появились баррикады. На узких улочках города рыцарская конница не могла проявить себя, и граф Гвидо Новелло решил дать противнику бой за городскими воротами. Но едва рыцарская конница выехала за ворота города (добровольно и без боя – их никто не изгонял), как горожане закрыли ворота. Только тут граф Гвидо Новелло понял, какую ошибку он допустил, но прорваться обратно в город гибеллинам больше не удалось.
Так совершенно неожиданно и без кровопролития Флоренция опять перешла в руки гвельфов.

Первоначально гвельфы и гибеллины сосуществовали во Флоренции довольно мирно, но когда по тайному приглашению гвельфов на Пасху 1267 года (17 апреля) в город прибыл 800 рыцарей от короля Карла Анжуйского, гибеллины предпочли добровольно покинуть город: кто перебрался в Пизу, кто – в Сиену, а многие укрылись в своих замках.

Последней надеждой гибеллинов оставался Конрадин, внук императора Фридриха II, герцог Швабии и король Иерусалима. Он был ещё слишком молод, но полон честолюбивых планов. В конце лета 1267 года он во главе внушительной армии двинулся в сторону перевала Бреннер, чтобы вторгнуться в Италию и отвоевать Сицилийское королевство.

Карл Анжуйский в это время наводил порядок в Тоскане и даже не обращал внимания на восстание, охватившее всю Сицилию, несмотря на все призывы папы Климента IV.
Вначале, в мае 1267 года, он осадил замок Поджибонси, который продержался пять месяцев. Затем войска Карла блокировали Сиену и захватили Вольтерру. Поход на Пизу закончился разрушением Порто-Пизано и разорением окрестностей города, что на многие годы подорвало торговлю Пизы.

Только в мае 1268 года Карл Анжуйский оторвался от наведения порядка в Тоскане, отозвался на призывы папы и прибыл в Рим. Получив от Климента IV пост императорского наместника Ломбардии, Карл двинулся на юг, чтобы успеть навести порядок в своём королевстве до прибытия Конрадина.

Конрадин отправился в поход ещё в сентябре 1267 года, и его сопровождало около четырёх тысяч всадников. Пехоты у него почти не было, а на наёмников элементарно не хватало денег. Многие крупные немецкие феодалы согласились сопровождать Конрадина в Италию, но только в Тоскану, а о походе в Южную Италию они и думать не хотели.
21 октября армия Конрадина прибыла в Верону, где он оставался в течение трёх месяцев. Причин, заставивших его сделать столь длительный отдых, можно назвать несколько, но точно ничего не известно.

Покинув в середине января 1268 года Верону, Конрадин в несколько приёмов добрался в начале апреля до Пизы, куда почти через месяц прибыло и его войско.
Заметим, что многие немецкие аристократы не последовали за Конрадином из Вероны и предпочли вернуться в Германию.
24 июля Рим восторженно встретил Конрадина, а 14 августа он продолжил свой поход на юг.

Армия Конрадина теперь насчитывала около 6000 всадников, Карл Анжуйский смог собрать против него только около 5000 рыцарей, но это были закалённые в боях ветераны.
22 августа произошла знаменитая битва при Тальякоццо, в которой армия Конрадина, несмотря на первоначальный успех, была разбита, а сам претендент со своим другом Фридрихом Баденским (1249-1268) бежал с поля боя.

Через несколько дней беглецов опознали и схватили в маленьком порту Астура, затем их передали агентам Карла, которые доставили пленников в Неаполь.
Оказавшихся в руках Карла Анжуйского пленников специальный суд приговорил к отсечению головы за разбой и государственную измену. Приговор был приведён в исполнение 28 октября 1268 года и потряс всю Европу. Ведь впервые законному королю, а Конрадин был королём Иерусалимским, отрубили голову. Поговаривали, что на казни юноши настаивал папа Климент IV, но итальянские историки постарались обелить его. К тому же он умер через месяц, 29 ноября, и папский престол пустовал целых три года, что было очень на руку новому королю Сицилии.
Карла Анжуйского за это преступление осуждают даже многие французы – о немцах можно и не говорить.
Впрочем, Карл прекрасно понимал, что при живом Конрадине он не сможет править спокойно.

После гибели Конрадина только Сиена и Тоскана поддерживали гибеллинов, а остальные города Тосканы перешли под власть гвельфов. Весной 1269 года объединённые силы флорентийских гвельфов и французов разбили сиенское ополчение в сражении у Колле ди Вальденса, после чего в город начали возвращаться изгнанные ранее гвельфы. Флорентийцы рассматривали свою победу как реванш за поражение при Монтаперти. В этом сражении попал в плен и был вскоре обезглавлен предводитель сиенских гибеллинов Провенцано Сальвани.
Сиена продержалась ещё год, но в августе 1270 года гибеллины были окончательно изгнаны из города. К этому времени гвельфы при поддержке Карла Анжуйского захватили власть и в Пизе.
Виллани коротко описывает последствия поражения сиенцев:
"Флорентийцы вывели гибеллинов из Сиены и восстановили мир между двумя коммунами. Они стали компаньонами и друзьями. И таким образом, закончилась война, длившаяся между Флоренцией и Сиеной так долго".


В заключение данного очерка следует ещё раз сказать, что победа сиенцев над флорентийцами в 1260 году является важнейшим и самым славным моментом в истории города. Авторы сиенских хроник, писавшие уже при власти гвельфов, подробно описывали победу при Монтаперти, которая была одержана благодаря покровительству Девы Марии. И этой своей победой сиенцы гордятся и по сей день.

Сиена: момент наивысшей славы города – 1260 год, битва при Монтаперти. Часть III. Сражение

(До встречи в сентябре!)

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: