Французские поэты-символисты XIX века: взгляд современников


Ворчалка № 839 от 13.02.2016 г.




Журналист Жюль Гюре [псевдоним Реми де Гурмона (1858-1915)], сотрудник газеты “L'écho de Paris”, решил собрать мнения всех сколько-нибудь знаменитых французских писателей друг о друге и о школах, по которым они группируются. Ему удалось сделать 64 опроса, по большей части устных, из которых некоторые я и предлагаю вашему вниманию.

Глава Парнасской школы Шарль Мари Рене Леконт де Лилль (1818-1894) на вопрос Гюре о символистах ответил:
"Я решительно не понимаю ни того, что они говорят, ни того, что они хотят сказать... Я думаю, что они тратят время и молодость на произведения, которые сами сожгут через несколько лет. Это удивительно и печально! Я вижусь кое с кем из них, - они говорят очень хорошо, очень ясно, как французы и здравомыслящие люди. Но как только они берутся за перо — кончено дело: пропал французский язык, пропала ясность, пропал здравый смысл. Это поразительно! И что за язык! Вот, возьмите шапку, набросайте туда наречий, союзов, предлогов, существительных, прилагательных, вынимайте наудачу и складывайте, - выйдет символизм, декадентизм, инструментизм и вся прочая галиматья... Это те “любители бреда”, о которых говорит Бодлер. Он советовал подбрасывать кверху типографский шрифт, и когда он упадёт вниз, на бумагу, получатся стихи. Символисты поверили Бодлеру... Они толкуют о музыке! Да что же может быть менее музыкально, чем их стихи? Это неслыханная какофония! Один из них, Ренье, - очень, впрочем, милый молодой человек, - сказал мне однажды:
"Мы пробуем, дорогой учитель!"
"Да пробуйте сколько угодно, -
ответил я, -
это ваше право, но сохраняйте свои пробы для себя, не пробуйте в печатных книгах!"
Это какая-то эпидемия. Стефан Малларме — мой старый приятель, с которым я был очень близок, когда-то я его понимал, а теперь не понимаю".
Анри Франсуа Жозеф де Ренье (1864-1936) - французский поэт и писатель.
Шарль Бодлер (1821-1867) – французский поэт и критик.
Стефан Малларме (1842-1898) – французский поэт.

Писатель Гюисманс в беседе с Гюре так высказался о Жане Мореасе, который придумал термин “символизм” и написал “Манифест символизма”:
"Представьте себе курицу (да ещё валашскую курицу!), которая клюёт мелочи из словаря средневекового языка. И если бы она ещё красивые слова выклёвывала, - нет, у неё вкус караиба!.. Писать “coulomb”, чтобы не написать “pigeon”, - неужели это остроумно?"
Pigeon — голубь, простофиля.
Жорис Карл Гюисманс (Шарль Жорж Мари Гюисманс, 1848-1907) – писатель, первый президент Гонкуровской академии.
Жан Мореас (Иоаннис Пападиамантопулос, 1856-1910) – французский поэт греческого происхождения.

Известный французский поэт и драматург Франсуа Коппе (Coppée, 1842-1908) высказался однажды так:
"Малларме писал когда-то понятные стихи, но при всём моём уважении к его возвышенному уму и безупречной жизни, я должен признаться, что теперь я его не понимаю".


Ему вторит ещё одно светило французской поэзии, Сюлли-Прюдом:
"Я не только не чувствую музыки их стихов, но и самый смысл их для меня совершенно тёмен".
Сюлли-Прюдом (Рене Франсуа Арман Прюдом, 1839-1907) – поэт и эссеист.

Ну, ладно, это были отсталые люди, которые не могли понять “новую линию”, но и Поль Верлен (1844-1896), первым добровольно принявший кличку декадента, признавался:
"О, я не всё у них понимаю, далеко не всё!"


На просьбу Гюре определить, что такое, по его мнению, символизм, Верлен ответил так:
"Знаете, я человек здравого смысла; может быть, у меня другого ничего нет, но здравый смысл есть. Символизм?.. Не понимаю... Это, должно быть, немецкое слово, а? Что бы это такое значило? Мне, впрочем, наплевать. Когда я страдаю, наслаждаюсь, плачу, я знаю, что это не символы... Они мне надоели, все эти цимбалисты! Когда в самом деле хотят произвести переворот в искусстве, поступают не так. В 1830 году шли на битву с одним знаменем, на котором было написано “Эрнани”! А теперь всякий лезет со своим знаменем, на котором написано “Реклама!” Я и сам когда-то шалил, но не имел претензии обращать свои шалости в законы. Я не жалею о том, что писал четырнадцатистопные стихи; я расширял дисциплину стиха, но не уничтожал его... Теперь пишут стихи в тысячу стоп! Это не стихи, а проза, а иногда просто ерунда".
На замечание Гюре, что “молодые” ссылаются, однако, на него, Верлена, тот ответил:
"Пусть мне докажут, что я тут причём-нибудь! Читайте мои стихи".


В продолжение беседы с Гюре Поль Верлен сказал:
"Нам бросили этот эпитет [декадент], как оскорбление; я его принял и сделал из него военный клич, но, сколько я знаю, он не означает ничего специального. Декадент! Да разве сумерки прекрасного дня не стоят любой утренней зари? И потом, если солнце заходит, так разве оно не взойдёт завтра утром опять?"


Вот как Жюль Гюре описывает наружность Верлена:
"Голова состарившегося злого ангела, с нечёсаною, редкой бородой и грубым носом; густые щетинистые брови, точно пучки колосьев, прикрывающие глубокие зелёные глаза; огромный продолговатый череп, совершенно голый и отмеченный загадочными шишками, отражают в этой физиономии странное противоречие упрямого аскетизма и циклопических аппетитов. Его биография есть длинная скорбная драма; его жизнь есть неслыханная смесь острого скептицизма и плотских грехов, завершающихся то садизмом, то угрызениями совести и покаянием, то глубоким падением в искусственном забвении".


В разговоре с Гюре Малларме заметил:
"Назвать предмет - значит уничтожить три четверти наслаждения, даваемого постепенным отгадыванием; надо наводить на него, внушать его. Символ и состоит в таком употреблении тайны. В поэзии всегда должна быть загадка".


Леконт де Лиль о знакомых ему символистах высказался так:
"Они говорят хорошо, очень ясно, как французы и здравомыслящие люди. Но как только они берутся за перо — кончено дело, пропал французский язык, пропала ясность, пропал здравый смысл".


Лоран Тайяд (Tailhade, 1854-1919) на вопрос Гюре о его роли в истории символизма ответил:
"Я никогда не был символистом. В 1884 году Жан Мореас, который тогда ещё не был избранником Сенских нимф, Шарль Винье, Верлен — гордость французской поэзии за последние двадцать пять лет, - и я, не придававший этим беседам иного значения, кроме лёгкой забавы, пробовали мистифицировать податливые умы нескольких дебютантов литературы “цветными гласными”, фиванскою любовью, шопенгауэризмом и разными другими пустяками, которые потом пошли в ход. Я уехал из Парижа и долго прожил в провинции, слишком занятый своими домашними огорчениями, чтобы интересоваться литературной жизнью. Лишь случайно узнал я об инструментизме Гиля, о ересях, раздирающих декадентскую школу, и о пререканиях Верлена с Анатолем Бажю".
Шарль Винье (1863-1934) — поэт и антиквар.
Рене Гиль (Жильбер, 1862-1925) — поэт, теоретик научной поэзии.
Анатоль Бажю (Адриан, 1861-1902) — журналист, издатель газеты “Декадент”.

Кстати, “цветные гласные” ввёл в обиход символистов Артюр Рембо, когда создал сонет “Гласные” (“Voyelles”), в котором написал:
"A – noir, E – blanc, J – rouge, U – vert, O – bleu".
Жан Николя Артюр Рембо (1854-1891) – французский поэт.
По-русски говоря, звук A вызывает ощущение чёрного цвета, E — белого, J — красного, U — зелёного, O — голубого.
Сонет быстро стал популярным, и пошли разговоры о связи цветовых ощущений со звуковыми, а также о соотношениях между ними и состояниями духа.

В поэзии тоже понеслось.
У Метерлинка: “белая бездеятельность”, “голубая скука”, “жёлтые стрелы сожалений” и т.п.
Рене Гиль создал на этой основе свою “эволюционно-инструментистскую” школу; у него оказалось, что звуки арфы белого цвета, скрипки — голубого, флейты — жёлтого и т.д.

К сборнику стихотворений Рембо “Les Illuminations” Верлен написал предисловие, в котором характеризует его так:
"Он состоит из коротких пьес тонкой прозы или обворожительно и намеренно неправильных стихов. Главной идеи в нём нет, или, по крайней мере, мы её не находим. Очевидная радость сознания быть великим поэтом, феерические пейзажи, прелестные наброски смутной любви и огромное, но оправданное честолюбие стилиста, - таково, кажется нам, вкратце содержание сборника. Предоставляем читателю восхищаться подробностями".


Рембо в своей “Алхимии слова” пишет:
"Я издавна считал себя обладателем всех возможных пейзажей и находил смешными знаменитости современной живописи и поэзии. Я любил идиотские рисунки, декорации, занавеси балаганов, раскрашенные вывески, вышедшую из моды литературу, церковную латынь, безграмотные эротические книги, старинные романы, волшебные сказки, маленькие детские книжки, старые оперы, глупые припевы, наивные ритмы. Я мечтал о крестовых походах, о путешествиях и открытиях, оставшихся без описания, о республиках, история которых не написана, о погасших религиозных распрях, переворотах в нравах, перемещениях рас и материков: я верил всем волшебствам. Я изобрёл цвета гласных! A — черное, E — белое, J — красное, O — голубое, U — зелёное. Я определял форму и движение каждой согласной и, при помощи инстинктивного ритма, надеялся изобрести поэтическое слово, которое рано или поздно было бы доступно всем чувствам... Я привык к галлюцинациям: я искренне видел мечеть на месте фабрики, коляски на небесных путях, салон на дне озера; чудовища, тайны; заглавие водевиля вызывало передо мной ужасы. Потом я объяснил мои магические софизмы галлюцинациями слов! Я кончил тем, что признал расстройство моего ума священным. Я ничего не делал, раздираемый тяжёлой лихорадкой, я завидовал счастью животных, гусеницам, представляющим невинность преддверия рая, кротам, сну девственности! Мой характер портился. Я прощался с миром... За всяким существом я видел другие жизни. Этот господин не знает, что он делает: он ангел. Это семейство есть скопище собак. В присутствии многих людей я громко разговаривал с каким-нибудь моментом их другой жизни. Так, я любил свинью..."
Свою исповедь Рембо заканчивает так:
"Это прошло. Я умею теперь поклоняться красоте".


Пеладан написал Жюлю Гюре:
"Вы спрашиваете, что такое магизм? Это — высшая культура, синтез, предполагающий все анализы, высший результат сочетания гипотезы с опытом, верховенство ума и венец науки, соединённый с искусством".
Жозефен Пеладан (1858-1918) — писатель, символист и оккультист, глава ордена розенкрейцеров под именем Сар Меродак.

Писатель Поль Адан (1852-1920), начинавший как ярый последователь натурализма, позднее примкнул к символистам-магам; он говорил Гюре, что если натуралисты и психологи занимались анализом, то символистам предстоит создать синтез.

Шарль Морис (1861-1919) — поэт, критик и теоретик нового искусства писал:
"В глубине души молодых поэтов лежит жажда всего; эстетический синтез — вот чего они ищут!..
Современная литература синтетична; она мечтает воздействовать на всего человека всем искусством ".


Сен-Поль Ру написал Жюлю Гюре:
"В поэтической религии душа есть арфист, арфу которого представляет собой тело. Это пятиструнная арфа. Щипните одну из струн, и вы получите эгоистический и односторонний голос в пустыне; троньте все пять струн — и вот экспансивная любовь, вот симфония... Органически говоря, поэт может, следовательно, быть сравниваем с высшей арфой, обращающейся к маленьким арфам народов... Поэзия, синтез различных искусств, есть единовременно вкус, запах, звук, свет, форма... Поэтическое произведение есть пятигранная призма — sapid-odorante-sonore-visible-tangible".
Сен-Поль Ру (Ру Пьер Поль,1861-1940) — писатель и поэт-символист.

В заключение очерка приведу слова самого Рене Гиля, который писал:
"Для выражения известного состояния духа нужно заботиться не о точном лишь значении слова, о чём до сих пор только и думали; эти слова должны выбираться с точки зрения их звучности, так чтобы их целесообразное, рассчитанное сочетание давало математический эквивалент того музыкального инструмента, который был бы пущен в ход в оркестре для выражения данного состояния духа".


Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: