Эль Греко: отдельные фрагменты из жизни гениального живописца. Часть I


Ворчалка № 820 от 26.09.2015 г.




Следует сказать, что о жизни великого художника, известного нам как Эль Греко, мы знаем до обидного мало. Факты и анекдоты о его жизни проходилось добывать буквально по крупицам в разных книгах и источниках. Вот с небольшой подборкой этих сведений о жизни Эль Греко я и хочу вас ознакомить, уважаемые читатели. Разбором же картин великого художника пусть занимаются искусствоведы, а я предпочитаю наслаждаться их созерцанием, когда это удаётся. Иногда меня удовлетворяют даже репродукции картин Эль Греко, изданные в хорошем качестве.

Доменикос Теотокóпулос, так звали героя данного очерка, родился в 1541 году на острове Крит, который тогда уже давно был венецианским владением. Венецианцы и турки называли остров Кандия, и город Ираклион на острове Крит тогда тоже назывался Кандия, так что о точном месте рождения нашего героя на этом острове достоверно ничего не известно.
Достоверных сведений о его родителях тоже не существует. Предположительно, его отец, Георгиос Теотокопулос (?-1556) был сборщиком налогов на острове, а после смерти отца за юношей должен был присматривать его старший брат Манулос Теотокопулос (1529-1604).

Вероятно (опять, вероятно!), мальчика стали с детства обучать искусству живописи, причём, как византийской иконописи, так и современной венецианской живописи – ведь остров уже более трёхсот лет находился во владении Венеции.
Около 1567 года Доменикос перебрался Венецию, где ещё раньше обосновался его брат Манулос. Здесь Доменикос стал учиться живописи у известных венецианских мастеров. Среди его учителей чаще всего называют Тициана и/или Тинторетто, но никаких достоверных сведений об его ученичестве в Венеции не существует, лишь одни предположения.
Вероятно, уже в Венеции нашего героя стали называть Доменикосом “Греком”.

Что-то в Венеции не устраивало Доменикоса, и около 1570 года он перебирается в Рим, где с помощью рекомендаций от миниатюриста Джулио Кловио (1498-1578) поступает на службу к кардиналу Алессандро Фарнезе (1520-1589), известному знатоку искусства и покровителю талантливых художников. В благодарность за эту услугу, Доменикос написал портрет Кловио, который в настоящее время хранится в Неаполе в Национальном музее Каподимонте.

Известно, что и в Венеции, и в Риме Доменикос много работал, сохранилось около 20 полотен, написанных им за время пребывания в Италии, но больших заказов он так нигде и не получил.
Отчасти в этом был виноват и сам художник, так как он позволял себе весьма непочтительно отзываться о творчестве таких корифеев, как Микеланджело.
По поводу росписи Сикстинской капеллы Доменикос отозвался так:
"Микеланджело был великий человек, но он... не умел писать".
Итальянские художники, для большинства из которых Микеланджело был настоящим кумиром, стали косо посматривать на греческого выскочку. Но Доменикоса это не остановило, и другой раз, стоя перед “Страшным судом” Микеланджело, он заявил:
"Если бы эта фреска была сброшена на землю, я смог бы сделать другую, более благопристойную".


Когда эти высказывания получили широкую известность, а в доброжелателях недостатка не было, от Доменикоса отвернулись не только итальянские художники, но и, что было более важно, заказчики. Доменикос же был очень самолюбивым художником и высоко ставил своё мастерство, поэтому он начал посматривать по сторонам в поисках места, где могли бы достойно оценить его талант.
Его выбор пал на Испанию: там в 1561 году король Филипп II (1527-1598, король Испании с 1556) сделал Мадрид своей столицей, так что в городе и его окрестностях сразу же началось оживлённое строительство дворцов, церквей и монастырей; Доменикос вполне справедливо рассчитывал получить там неплохие заказы.

В первой половине 1577 года Доменикос прибыл в Испанию и остановился в Мадриде, где попытался получить какой-нибудь заказ на украшение Эскориала или одного из стоящихся монастырей. Никто не смог или не захотел представить творчество художника королю, и тот отправился в Толедо.
Именно в Испании за Доменикосом окончательно закрепилась прозвище Эль Греко (“Грек”), хотя часто его называли и Доменико Греко. Однако сам художник всегда подписывал свои работы на греческий манер: Доменикос Теотокопулос.

Позднее испанский художник Хусепе Мартинес (1600-1682) в своём трактате о живописи, изданном в 1675 году, напишет, что в Толедо из Италии приехал художник Доменико Греко, которого называли учеником Тициана:
"Он обладал такой необычной манерой, что до сих пор не встречалось более причудливого, и даже хорошо понимающие в искусстве приходили в смущение от этой вычурности".
Мартинес продолжал, что когда этот мастер появился в Толедо, он дал
"каждому понять, что на свете нет ничего выше его работ".
Немецкий историк искусства Карл Юсти (1832-1912) называл даже высокомерие Эль Греко сатанинским, но оно могло основываться не только на самооценке художника, но и на том факте, что в Толедо в то время не существовало сколько-нибудь развитой школы живописи.

Вначале Эль Греко поселился недалеко от еврейского квартала Ла Худерия, не самом фешенебельном, но чистеньком районе с постройками в восточном стиле.
В Толедо Эль Греко встретил и свою любовь, Херониму де лас Куэвас, которая в 1578 году родила ему сына Хорхе Мануэля (1578-1631).
Об этой даме и этом союзе мы практически ничего не знаем. Считается, что Херонима принадлежала к знатному кастильскому роду, но по каким причинам Эль Греко не вступил с ней в законный брак, мы не знаем. Ведь сына Херонимы он сразу же признал своим законным ребёнком и дал ему своё имя.

Не существует и достоверных изображений Херонимы де лас Куэвас. Многие искусствоведы без достаточных оснований полагают, что на картине “Дама в мехах” изображена именно Херонима. Однако никакой доказательной базы эта версия не имеет. Правда, эта же дама изображена ещё не некоторых картинах, написанных Эль Греко, но ведь Эль Греко неоднократно писал портреты и маленького Хорхе Мануэля, но ни на одном из сохранившихся полотен эти персонажи его картин вместе не встречаются.

Очевидно рекомендации, полученные Доменикосом в Италии, произвели на граждан Толедо сильное впечатление, и он сразу же получил неплохой заказ. Декан Кафедрального собора дон Диего де Кастильо (1515-1584) рекомендовал поручить сооружение главного алтаря для собора Санто Доминго эль Антигуо нашему герою. Маленькая деталь: с Луисом де Кастильо, братом (или сыном?) Диего, Эль Греко познакомился ещё в Риме.
Не успел он закончить эту работу, как дон Диего подкинул художнику новый и ещё более почётный заказ: он должен был создать полотно для главного алтаря Кафедрального собора.

При выборе сюжета для этого заказа Доменикос проявил недюжинную эрудицию и остановился на очень редком сюжете – снятие одежд с Христа. Созданная за довольно короткое время картина так и называется, “Снятие одежд с Христа”, но более известна она под названием “Эсполио”, которое происходит от испанского слова “expoliar”, что означает “грабить”.

Широкую известность эта картина получила из-за тяжбы, возникшей вокруг оплаты труда художника. Эль Греко потребовал за работу 900 дукатов, а капитул собора считал, что это слишком дорого, но требовал передать картину заказчикам, так как она уже давно закончена.
В начале 1979 года дело дошло до суда, на котором эксперты тяжущихся сторон пришли к мнению, что художник запросил реальную цену, так как достоинства картины столь велики, что она не поддаётся оценке.

Заказчики не согласились с мнением экспертов и привлекли нового оценщика, который решил, что картина бесценна, но по бедности времён художнику следует заплатить около 250 дукатов.
Эль Греко не соглашался отдавать картину за такую маленькую сумму, а заказчики не хотели платить такую большую цену. Они потребовали снизить цену за картину на том основании, что она в некоторых моментах противоречит Священному Писанию, и чуть ли не грозились объявить его еретиком.

Эль Греко согласился устранить замечания и быстро создал новое полотно, которое значительно уступало по своим художественным достоинствам первому варианту картины. Капитул согласился снять свои теологические возражения, но сумел как-то надавить на художника, который вынужден был расстаться картиной за какие-то жалкие 200 дукатов.

Впрочем, художнику и в дальнейшем ещё не раз приходилось судиться с заказчиками его картин, но пока что он решил сосредоточиться на проекте, который в случае его осуществления мог бы принести Эль Греко большие деньги и признание во всей стране.
Дело было в том, что в июне 1579 года двор короля Филиппа II прибыл в Толедо для торжественного празднования дня Тела и Крови Христовых. Кроме того, во время пребывания в Толедо король отбирал мастеров для украшения Эскориала.

Эль Греко решил, что настал его час, и с помощью своих друзей, скульпторов Помпео Леони (1533-1608) и Хуана Баутиста Монегро (1546-1621), он представил монарху небольшую картину “Поклонение имени Христа”.
Это были не случайные люди: с придворным скульптором Помпео Леони Эль Греко подружился во время своего приезда в Мадрид, а вместе с Монегро он работал в 1577 году над алтарём церкви Сан Доминго эль Антигуо.

Картина произвела на Его Величество очень благоприятное впечатление, так что в начале 1580 года Филипп II заказал Эль Греко большой алтарный образ “Мученичество св. Маврикия” для кафедрального собора Сан-Лоренсо-дель-Эскориал.
Самолюбие Эль Греко подогревалось ещё и тем обстоятельством, что незадолго до королевского визита в Толедо скончался придворный художник Хуан Фернандес де Наваррете (1526-1579), и это место ещё не было никем занято.

Однако созданное Эль Греко огромное полотно со сложной многофигурной композицией было так непохоже на все образцы религиозного христианского искусства, что это вызвало резко отрицательную реакцию у Филиппа II. Отмечая мастерство художника, Его Величество решил, что подобное полотно не может находиться в алтаре, так как при всех своих достоинствах оно не вызывает желания молиться перед ним. Поэтому попавшая в опалу картина была размещена в Зале капитула, и новых заказов от Филиппа II художник больше не получал.
Надежды живописца на место придворного художника также рухнули, и Эль Греко всю свою оставшуюся жизнь провёл в Толедо.

(Продолжение следует)

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: