Луций Корнелий Сулла: попытка портрета диктатора. Часть XI. Окончание войны с Митридатом


Ворчалка № 773 от 20.09.2014 г.




Узнав о нахождении в близлежащих водах флота Лукулла, Фимбрия обратился к нему с лестным предложением, стать победителем Митридата, если он согласится выделить свой флот для морской блокады Питаны: тогда царю будет некуда деваться, они захватят его в плен и с понтийской угрозой будет навсегда покончено.
Однако Лукулл отклонил это “заманчивое” предложение и прибыл к ожидавшему его в Херсонесе Сулле. По пути от Родоса, где он значительно усилил свой флот, до Халкиды Лукулл очистил от понтийских гарнизонов все значительные острова в Эгейском море и в паре сражений нанёс чувствительные поражения адмиралам Митридата.

Тем временем Архелай по поручению Митридата вступил в переговоры с Суллой, который тоже стремился к наиболее быстрому окончанию войны, чтобы вернуться в Италию и навести там порядок. Но Сулла был победоносным полководцем и собирался вести переговоры с позиции силы, чтобы заключить мир на самых выгодных для Рима условиях.

Дальнейший ход переговоров ясно показал, что у Митридата в данный момент нет сухопутных сил, которые могли бы противостоять сулланской армии; царь был вынужден спасаться даже от небольшого соединения Фимбрии. А имеющийся флот... Что ж, у Суллы тоже появился свой флот.

Переговоры между Суллой и Архелаем начались с того, что посланник царя признал справедливость действий Суллы, но заявил, что причиной войны стала чрезмерная жестокость римских магистратов в Азии. Царь соглашался прекратить войну против Суллы, собирался возместить ему издержки за проведённую кампанию, а также хотел помочь ему деньгами и войсками для наведения порядка в Риме, где, как известно Митридату, дела у Суллы обстояли не лучшим образом.

Сулла не собирался вести переговоры в этом ключе и сухо заявил, что если у азиатов был какие-то претензии к действиям магистратов, то они должны были обжаловать их действия в Сенате. На самом же деле причиной войны стала жажда Митридата к приобретению новых земель и обогащению. Кроме того, Сулла напомнил Архелаю об избиении десятков тысяч италиков по всей Малой Азии.

Однако Сулла выдвинул достаточно мягкие условия для заключения мира между Понтийским царством и Римом и гарантировал их от имени Сената.
Вот эти условия: Митридат возвращает Пафлагонию и Галатию Риму, а Каппадокию и Вифинию их прежним государям, Ариобарзану и Никомеду; Митридат выплачивает Сулле 2000 талантов (которые он изъял на Хиосе) и возвращает хиосцам 70 кораблей, покрытых бронзовыми листами, со всем снаряжением и экипажами. Также Сулла выдвинул требования об обмене пленниками и заложниками, и о снабжении римской армии продовольствие за счёт Митридата.

Если Митридат соглашался на эти условия и обзывался их выполнять, то Сулла от имени Сената объявил бы его союзником римского народа.
Это были достаточно мягкие условия, так как за Митридатом сохранялись все его владения, которыми он располагал до начала антиримской кампании. Сулла также собирался обезопасить Митридата от действий войск под командованием Фимбрии.

Архелай отправил доклад о предложениях Суллы своему царю, вывел все гарнизоны из греческих городов и стал ждать ответ Митридата.
Сулла же пока переместился со своей армией в Фессалию, где заказал строительство довольно большого количества кораблей.

Вскоре вернулись посланцы от Митридата и сообщили, что царь согласен на большинство предложений Суллы; он только не хочет возвращать Пафлагонию и отдавать корабли.
Может быть, Митридату и стоило поторговаться с Суллой, в надежде, что тот очень спешит вернуться в Италию, не знаю, но он передал проконсулу, намекая на его не совсем официальный статус, что мог бы получить более выгодные условия для заключения мира, если бы повёл переговоры с Фимбрией.

Ох, зря Митридат так поступил! Сулла пришёл в бешенство и наорал на митридатовых послов. По словам Плутарха, Сулла кричал:
"Что вы говорите? Митридат притязает на Пафлагонию и спорит о флоте? А я-то думал, что он поклонится мне в ноги, если я оставлю ему правую его руку, которою он погубил столько римлян! Но погодите, скоро я переправлюсь в Азию, и тогда он заговорит по-другому, а то сидит в Пергаме и отдает последние распоряжения в войне, которой и в глаза не видал!"
Аппиан добавляет, что Сулла пообещал разобраться и с Фимбрией.

Архелаю с трудом удалось успокоить Суллу. Он заверил проконсула, что сам отправится к царю и убедит его в справедливости всех требований Суллы или покончит с собой.
Сулла тем временем прошёлся по Фракии, а затем переправился с частью армии через Босфор и остановился у Дардании, что в Троаде. Туда же явился и Митридат, который захотел лично встретиться с Суллой.

Сулла прибыл на переговоры в сопровождении около двух тысяч человек, а Митридат привёл с собой целое войско из 20 000 солдат и множества всадников в дорогих одеждах. Переговоры велись на глазах у солдат.
Сулла не подал Митридату руки и выставил просителем царя.
Митридат попытался оправдать свои действия, но Сулла прервал его, удивившись, что царь оправдывается, и перечислил все его преступления против римского народа и его союзников.

Жёсткая речь Суллы произвела на Митридата такое сильное впечатление, что он больше не спорил с проконсулом и согласился на все его условия: и в отношении Пафлагонии, и в отношении затребованных Суллой 70 кораблей. Сам царь собирался погрузить своё войско на корабли и вернуться в Понтийское царство (в старых границах).
Однако заключение мира с римским полководцем ещё на гарантировало Митридату мира с Римом – ведь Сенат мог и не утвердить подобный договор, как это и произошло в действительности.

Легионеры Суллы были удивлены тем, что Сулла заключил такой мягкий мир с Митридатом, а не стал добивать врага римлян, хотя для этого были все условия. Да и богатства уплывали от солдат.
С трудом Сулла сумел убедить своё войско, что если бы Митридат объединился с Фимбрией, то их положение стало бы очень трудным.
Другое дело, что Фимбрия и не собирался заключать союз с царём Понта, а сам хотел стать его победителем, но ведь солдаты Суллы об этом не знали.

Сулла представил своему войску Фимбрию и его солдат, как бунтовщиков, которые убили своего консула и теперь грабят союзные с Римом территории. Очень сильно от солдат Фимбрии пострадала Вифиния, но наибольший резонанс вызвало разграбление Трои. Город уже раньше признал власть римлян и подчинился Сулле, но по этой-то причине Фимбрия и хотел покарать жителей Илиона. Он заявил жителям города, что раз они признают власть римлян, то должны впустить его в город. Горожане подчинились, а Фимбрия сразу же отдал город на разграбление своим солдатам и велел стереть его с лица земли.

О взятии Фимбрией Илиона любопытные сведения приводит Страбон:
"Когда Фимбрия стал хвалиться, что он на одиннадцатый день захватил этот город, который Агамемнон взял лишь с трудом на десятый год, имея флот в тысячу кораблей, причём вся Греция помогала в походе, один из илионцев заметил:
“Да, но у нас не было такого защитника, как Гектор”".


В это время Фимбрия узнал, что Сулла заключил мир с Митридатом и отпустил того с флотом домой, в Понт. Больше ловить в Азии ему было нечего, и, опасаясь Суллы, Фимбрия двинулся внутрь Малой Азии, но около города Фиатира (ныне Акхисар) его перехватили легионы Суллы.
Сулла потребовал, чтобы Фимбрия немедленно передал ему командование армией, которое он незаконно удерживает после убийства консула Флакка.

Фимбрия в свою очередь заявил, что не желает подчиняться человеку, объявленному на родине вне закона и врагом римского народа, а командование армией он осуществляет по единодушному желанию своих солдат.
Сулла не стал спорить, а велел легионерам начать строительство осадных сооружений вокруг лагеря Фимбрии.

Такие действия нашего полководца привели к тому, что из лагеря Фимбрии началось массовое дезертирство солдат, которые братались с солдатами Суллы и помогали им в строительстве осадных сооружений. В самом лагере Фибрии солдаты открыто заявляли своим командирам, что не будут воевать против римлян и италиков.
Попытка Фимбрии связать своих военачальников общей клятвой провалилась, как не удалась и его попытка подослать наёмного убийцу к Сулле.

Фимбрия понял, что проигрывает эту партию, и попросил Суллу о встрече, чтобы приватно договориться с ним, но полководец прислал не переговоры своего легата Рутилия. Разочарованный таким оборотом дела, Фимбрия поинтересовался, на какую должность в армии Суллы он может рассчитывать, но Рутилий ответил, что Сулла настаивает на немедленном удалении предводителя бунтовщиков из Азии.

Фимбрии пришлось подчиниться решению Суллы, который выделил ему сопровождающих до Пергама. Там, по сообщению Аппиана, Фимбрия вошёл в храм Асклепия, где и попытался покончить жизнь самоубийством, но неудачно, так что верному рабу пришлось прикончить своего хозяина. Плутарх же сообщает, что Фимбрия покончил жизнь самоубийством в осаждённом лагере. В общем, довольно тёмная история, но после убийства консула Флакка, Фимбрия не мог надеяться на снисхождение и в Риме.

После этого Сулла передал солдат Фимбрии под командование Мурены, а сам занялся наведением порядка в Малой Азии. Первым делом он восстановил римскую провинцию Азия и отменил в ней все законы и постановления во время оккупации её Митридатом. Затем он восстановил Никомеда на троне в Вифинии, а Ариобарзана – в Каппадокии, а сам на зиму 85/84 годов перебрался с армией в район Эфеса.
В этом городе, который особенно отличился во время резни италиков, устроенной Митридатом, Сулла произвёл показательную чистку и сурово покарал отличившихся тогда эфесцев. Впрочем, сам город Сулла приказал не трогать, а только велел конфисковать имущество подобных преступников.

Не следует думать, что все перестроечные мероприятия Суллы были с восторгом встречены местными жителями. Некоторые города из числа бывших союзников отказывались признавать власть римлян, но с непокорными Сулла поступал жёстко и отдавал их на разграбление своим солдатам.
Не забывал Сулла и о финансовой стороне своей экспедиции. “Освобождённые” города должны были не только кормить зимовавшую армию, но и выплатить римлянам громадную контрибуцию в 20 000 талантов для компенсации расходов по своему освобождению.
Кстати, фискальная структура, созданная Суллой в провинции для сбора налогов и реквизиций, оказалась настолько удачной, что просуществовала без существенных изменений ещё сотню лет.

Не стоит думать, что Сулла выжимал из подконтрольных территорий все соки. Напротив, Хиос, пострадавший от Зенобия, и Илион, разрушенный Фимбрией, получили от Суллы значительные средства на восстановление и были освобождены от всяческих налогов и сборов. Такие же льготы получили территории и города, остававшиеся верными Риму: Лидия, Родос, Магнесия и некоторые другие.
Если позднее Сенат и отказался ратифицировать мирный договор Суллы с Митридатом, то все пожалования, сделанные Суллой верным союзникам были утверждены.

Луций Корнелий Сулла: попытка портрета диктатора. Часть X. Война с Митридатом: победы у Херонеи и Орхомена

(Продолжение следует)

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: