Луций Корнелий Сулла: попытка портрета диктатора. Часть VIII. Война с Митридатом: осада Пирея и Афин


Ворчалка № 770 от 30.08.2014 г.




Сулла прекрасно осознавал, что во время его отсутствия в Риме опять начнутся смуты; он лишь не мог себе представить их масштаба. Однако о событиях в Риме, которые произошли во время Митридатовой войны, мы поговорим перед описанием возвращения Суллы, который спешил на Восток за новой славой. Кроме того, за время победоносной войны [а в этом Сулла не сомневался!] он хотел покрепче привязать к себе армию.

Понтийский царь Митридат за последнее время стал очень опасным соперником: он не только отнял у римлян их новую провинцию Азия, но ещё захватил Вифинию и Каппадокию, изгнав их царей, и уже вёл успешные операции по захвату греческих территорий и Архипелага. Греки, в основном, благосклонно относились к Митридату, и его военачальники присоединяли одну часть Греции за другой. Только Родос оказал сопротивление и сумел отразить нападение Митридата.

Дальнейшее продвижение понтийских сил на запад римляне сумели только в Македонии, где они нанесли полководцам Митридата несколько поражений, но добиться перелома в ходе войны с царём Понта они не сумели. Претором в Македонии был Гай Сентий Сатурнин, который поручил ведение боевых действий против понтийцев своему легату Квинту Брутию Суре, но сил у римлян было маловато.

Весной 87 года до Р.Х. армия Суллы (5 или 6 легионов) начала переправляться через Адриатическое море и высаживаться на сушу в районе Диррахий-Аполлония. Авангардом римской армии командовал Луций Лициний Лукулл, который от имени своего командующего приказал Суре возвращаться в Македонию, так как войну с Митридатом должен вести Сулла.
Фессалия и Этолия оставались верными Риму, так что Сулла свободно в этих областях собирал средства для ведения войны и привлекал союзные контингенты.

С приближением римской армии те города, которые уже признали власть Митридата, сразу же переходили на сторону римлян, так что сначала серьёзных столкновений с противником у Суллы не было, и ему легко удалось установить контроль над всем Пелопоннесом и Беотией. Но вот с Афинами ему пришлось повозиться.

Обороной Афин руководил местный тиранн Аристион, а в Пирее укрылся полководец Митридата Архелай со значительными силами. Пирей был окружён прочными стенами высотой около 18 метров, которые построил ещё Перикл.
Сулла часть своих войск направил к Афинам, а сам постарался захватить Пирей. Однако первые попытки взобраться на такие высокие стены оказались неудачными, так как осаждённые легко отбрасывали или ломали осадные лестницы и забрасывали римлян камнями.

Попытки взять Афины с Пиреем голодом были обречены на провал, так как на море господствовал флот Митридата. Пришлось Сулле приступать к регулярной осаде городов.
Длинные стены, соединявшие Афины с Пиреем, к этому времени сильно обветшали, и их останки пошли на строительство насыпи для осадных машин, которые строились в Элевсине и Мегарах. Металл для этих машин доставлялся из Фив, а дерево Сулла добыл, приказав вырубить рощи Академии и Ликея. Эллада была в шоке от такого варварства, но полководцу была нужна древесина.

Ситуация для Суллы осложнилась ещё и тем, что в Риме верх окончательно взяли его враги Цинна с Марием, которые объявили Суллу вне закона. В такой ситуации Сулла не мог надеяться на получение денег и подкреплений из Италии, но в своей армии он был уверен.

Средства для ведения войны Сулла также добыл простым и действенным способом: он приказал конфисковать сокровища различных греческих храмов, в том числе таких знаменитых, как храм Зевса Олимпийского, храм Аполлона в Дельфах и храм Асклепия в Эпидавре. Правда, Сулла пообещал вернуть всё изъятое, но серебро и золото он велел принимать по весу, чтобы вернуть такое же количество драгоценных металлов, но произведения искусства при этом погибали безвозвратно.

Насыпь вокруг стен Пирея неуклонно росла, и Архелай приказал установить на крепостных стенах деревянные башни наподобие осадных, чтобы с них мешать осадным работам.
Всё это время к Архелаю морем прибывали подкрепления, и вскоре его силы уже стали превышать по численности армию Суллы. Пока же Архелай был очень осторожен в своих действиях, но всё же изредка предпринимал вылазки за крепостные стены, чтобы мешать осадным работам римлян.

Однако Сулла заслал в Пирей несколько разведчиков, которые под видом рабов сновали по всему Пирею и вынюхивали все новости о приготовлениях Архелая, а по ночам пращами перекидывали камешки с привязанными к ним донесениями на сторону римлян. Поэтому Сулла был в курсе всех этих “внезапных” вылазок воинов Архелая.

Однажды Архелай спланировал хитрую атаку на римлян: его пехотинцы должны были атаковать римских солдат, строивших насыпь; после начала боя два отряда понтийской конницы должны были из Пирея с двух сторона атаковать и разгромить основные силы римлян и их лагерь. Сулла вовремя узнал об этих приготовлениях понтийцев, его солдаты были готовы к атаке неприятеля и наголову разгромили противника. Войско Архелая было наголову разбито, и только досадная случайность не позволила римлянам ворваться в Пирей.

С этих пор Архелай стал ещё более осторожным и на новую атаку решился только тогда, когда его силы стали значительно превышать численность римлян. К этому времени высота римской насыпи почти сравнялась с высотой стен Пирея. Вскоре можно было ожидать выдвижения римских осадных машин на насыпь, так что Архелай решился дать настоящее сражение римлянам, тем более что он получил морем значительные подкрепления.

Часть своей пехоты Архелай разместил вдоль крепостной стены, а сверху их прикрывали подразделения лучников и пращников. Это оборонительное подразделение должно было в удобный момент нанести удар по римскому флангу. Другую часть своей пехоты Архелай разместил внутри крепостных стен и вооружил их факелами; эти солдаты должны были поджечь римские осадные машины и сооружения, когда они станут доступны после атаки основных сил понтийцев.

Сражение оказалось достаточно упорным и продолжительным. Атака понтийцев не увенчалась успехом, так как римляне упорно держали строй и сохраняли свои позиции. Через некоторое время понтийцы выдохлись и начали отступать; пришлось Архелаю самому вступать в бой, останавливать беглецов и вести их в новую атаку на римлян.
Теперь уже дрогнули римляне, и только стойкость и мужество легата Луция Лициния Мурены позволили римлянам не отступить после атаки понтийцев.

Перелом в сражении наступил, когда в бой неожиданно вступили солдаты вспомогательных войск. Их Сулла в своё время наказал за трусость и вывел из состава боевых частей. Эти солдаты возвращались со строительных работ и увидели, что понтийцы наседают на римлян. Они спешно вооружились и с ходу атаковали понтийцев, нанеся им фланговый удар.

Понтийцы в панике бежали к Пирею, чтобы укрыться за мощными крепостными стенами, и тщетно Архелай пытался их остановить. Во время этой паники было убито более двух тысяч понтийцев, а сам Архелай оказался отрезанным от крепостных ворот, которые к тому же уже закрылись. Только с помощью верёвок, спущенных со стен крепости, понтийцам удалось спасти своего командующего, втащив его наверх.

Да, римляне победили в этом сражении, обрели уверенность в своих силах, но и только. Сулла раздал награды, а с проштрафившихся в прошлом солдат он снял все позорные санкции за их решающий вклад в победу.
Однако обе стороны сделали свои выводы из этого сражения: Сулла понял, что без господства на море ему Пирей не взять, не говоря уже о дальнейшей борьбе с Митридатом; Архелай же убедился в том, что одного только численного превосходства для победы над Суллой мало.

Сулла прекрасно понимал, что из Италии он кораблей не получит, и обратился за помощью к родосцам, которые отразили нападение Митридата. Однако с Родоса пришёл вежливый отказ: его жители сохраняли преданность Риму, но не рисковали выводить свои корабли в открытое море, где господствовал флот Митридата.

Тогда Сулла отправил Лукулла в Восточное Средиземноморье с задачей собрать с помощью союзных государств достаточно мощный флот. Среди зимы Лукулл на шести легких судах вышел в море и легко ускользнул от стороживших Архипелаг кораблей Митридата, так как в это время года навигация на Средиземном море обычно прекращалась, и понтийцы ослабили свою бдительность.

Лукулл сумел добраться до Крита, который выразил свою поддержку римлянам и согласился выделить значительное количество кораблей. Затем Лукулл отправился в союзную Кирену, что в Северной Африке, но по дороге ему пришлось столкнуться с кораблями Митридата. Потеряв несколько кораблей, Лукулл бежал в Александрию, где был ласково встречен царём Египта Птолемеем IX. Лукулл на некоторое время застрял в Египте, так как Птолемей IX не собирался оказывать помощь римлянам и пытался замаскировать свою позицию пышным приёмом, который он оказывал римскому посланнику.

Оставим пока Лукулла в Александрии и вернёмся в Грецию, где Сулла на зимний период переместил основной лагерь своих сил в район Элевсина и укрепил его глубоким рвом для защиты от конных атак противника.

Новый, 86 год, начался для римлян довольно удачно, так как Сулла своевременно получил информацию от своих лазутчиков из Пирея и сумел перехватить большой конвой с продовольствием, который Архелай отправил голодающим Афинам.
Одновременно легат Луций Мунаций Планк нанёс понтийцам поражение в бою возле Кирены, что на Эвбее, перебив около полутора тысяч солдат и захватив множество пленных. Планк и сам отличился в этом сражении, ранив понтийского военачальника некоего Неоптолема.

Луций Корнелий Сулла: попытка портрета диктатора. Часть VII. Первое консульство (окончание)

(Продолжение следует)

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: