Фридрих II Гогенштауфен: жизнь великого императора. Часть XV


Ворчалка № 701 от 02.03.2013 г.




Впрочем, и у императора оставались кое-какие сомнения о возможности заключения прочного мира с папами. Недаром Фридриху II приписывают фразу, якобы сказанную им сразу же после получения известия об избрании Синибальдо Фиески новым папой:
"Я потерял хорошего друга среди кардиналов, ибо никакой папа не может быть гибеллином".
Вряд ли император произнёс эту историческую фразу, но симптоматично, что молва вложила её в его уста...

После поучения этого известия Фридрих II сразу же направил делегацию для ведения мирных переговоров с Иннокентием IV, но папа отказался принять посланников императора, ссылаясь на то, что он не может общаться с отлучёнными. Это был чисто демонстративный жест – ведь папа понимал необходимость проведения переговоров с императором, поэтому он вскоре снял отлучение с делегатов от императора, формально начав переговоры. Но на этих переговорах Иннокентий IV занял крайне жёсткую и непримиримую позицию.

Первым делом новый папа потребовал, чтобы император вывел все войска из Патримониума и передал власть на местах представителям курии. Делегаты согласились на это условие, но напомнили, что кардиналы обещали императору отозвать из Ломбардии папского легата Грегорио ди Монтелонго. Иннокентий IV отмёл это требование, заявив, что кардиналы давали такое обещание в то время, когда вакансия на папский престол была свободной, но новоизбранный папа не может связывать себя подобными обещаниями.

В таком случае, возразили делегаты императора, так как обещания об освобождении Патримониума были даны кардиналам, то они тоже больше не являются предметом переговоров. Однако император готов уплатить Риму арендную плату за захваченные части Патримониума и принять эти земли от папы в качестве ленных владений.
Хотя папская казна была не просто пуста – Иннокентий IV получил в наследство от своего предшественника огромные долги – папа отклонил эти “выгодные” предложения императора.

Переговоры всё-таки не были прерваны, но продолжались довольно вяло, так как основной темой этих переговоров оставался Ломбардский вопрос, и ни одна из сторон не собиралась здесь идти на уступки.
Фридрих II давно мечтал сокрушить Ломбардскую лигу, которая оставалась главным препятствием для объединения Северной и Южной Италии под императорским скипетром. Кроме того, Фридрих II был согласен освободить большую часть Патримониума, но при непременном условии сохранения за собой Анконской марки и герцогства Сполето, которые обеспечивали бы сухопутную связь между двумя частями его итальянских владений.

Иннокентий IV отвергал все подобные притязания императора: он не желал уступить Фридриху II ни клочка Патримониума; папа не мог допустить и падения Ломбардской лиги, так как она была его единственным верным союзником в борьбе с Гогенштауфенами.
Парадоксальность ситуации заключалась также в том, что даже если бы Иннокентий IV и захотел заключить мир с Фридрихом II, он не смог бы этого сделать. Его предшественник Григорий IX заключил союз с Венецией, Генуей, Миланом и Пьяченцей, по условиям которого папа не мог заключить мир с императором без согласия городов.

Во время этих переговоров в конце 1243 года произошёл трагический инцидент в Витербо, где главную роль сыграл давний враг Фридриха II кардинал Раньеро Капоччи (1180-1250), более известный в литературе как Райнер ди Витербо или даже Райнер фон Витербо.
Этот кардинал решил вернуть свой родной город под власть папы и начал подстрекать его жителей к восстанию против власти императора. В Витербо вскоре начались сильные волнения, переросшие в вооружённое восстание, так что императорский гарнизон вынужден был укрыться в цитадели города.
В цитадели были собраны большие запасы продовольствия, имелся собственный источник воды, так что гарнизон мог продержаться несколько месяцев под защитой мощных стен.

Узнав о вероломстве жителей Витербо, Фридрих II явился со своей армией под стены города и попытался штурмом захватить его. Однако город был хорошо защищён крепкими стенами с множеством башен и горожане отразили нападение имперских солдат, так что пришлось императору начинать регулярную осаду Витербо.
Были построены осадные машины, вырыты траншеи, и через неделю состоялся второй штурм города, и опять неудачный. Витербо славился крепостью своих стен – ведь недаром в этом городе обычно укрывались папы при обострении обстановки в Риме. Осада Витербо грозила затянуться, а это не устраивало императора, и он согласился на мирные переговоры при посредничестве кардинала Оттона из прихода св. Николая в Риме.

По условиям мирного соглашения император уводил свою армию обратно в Апулию, а горожане поклялись беспрепятственно выпустить разоружённый императорский гарнизон из цитадели. С таким исходом переговоров был совершенно не согласен кардинал Раньеро Капоччи, который был против любого мирного соглашения с императором.
Кардинал Оттон наблюдал за выходом безоружных солдат из цитадели и их прохождением по улочкам города, когда на них налетели толпы вооружённых чем попало горожан, возбуждённых проповедью кардинала Раньеро. Кардинал Оттон попытался прикрыть собой безоружных людей, но его просто отбросили в сторону.
Все солдаты императорского гарнизона были убиты на месте или забиты до смерти.

Фридрих II с возмущением сразу же написал кардиналу Оттону:
"К какой цели Мы ещё можем стремиться в наших ожиданиях, когда верность людей так сильно поругана... Каких союзов с людьми Мы можем ещё искать, с кем Мы должны договариваться об улаживании такой великой ссоры, о крушении почти всей земли, после того как над обещанием святого легата... легкомысленно совершается насилие?"
Правда, в своей жизни Фридрих II тоже частенько нарушал собственные клятвенные обещания, если мог получить от этого выгоду.

Иннокентий IV был очень доволен тем, что захватил такой важный для папства город, но постарался скрыть свою радость. Папа осудил горожан за вероломство и нарушение слова, данное папскому легату; он наложил на город крупный денежный штраф и велел отпустить из города всех сторонников императора. После этих санкций, наложенных на Витербо, папа передал Фридриху II, что большего своей властью он сделать не может.

Переговоры между представителями императора и папой проходили под покровительством французского короля Людовика IX (1214-1270, король с 1226), который торопил с заключением мира между враждующими сторонами. Людовик IX хотел как можно быстрее организовать новый крестовый поход, чтобы вернуть недавно утраченный христианами Иерусалим.
Всем сторонам приходилось спешить с заключением мира до Пасхи, чтобы в Великий четверг 1244 года имени Фридриха II не было при оглашении списка отлучённых от церкви.

При заключении условий для снятия отлучения с императора Фридрих II внешне согласился со всеми требованиями папы. Император признал верховное главенство папы во всех духовных вопросах и обязался подчиниться наложенному на него папой покаянию.
Фридрих II должен был освободить всех пленённых епископов и прелатов и вознаградить их за перенесённые страдания. Император должен был возвратить всё имущество, захваченное у церкви и у сторонников пап. Фридрих II обязался вывести свои войска из Патримониума, а Иннокентий IV обещал восстановить права Империи в Ломбардии.

Внешне всё это выглядело, как полная капитуляция императора, так как Фридрих II соглашался выполнить все требования папы. За это его имя было вычеркнуто из списка отлучённых от церкви, и в своей пасхальной проповеди Иннокентий IV назвал Фридриха II “верным сыном церкви”.
Составленный наспех документ был в присутствии посланника французского короля скреплён клятвами, печатями и подписями представителей от императора и от папы.
По всей Италии радостно зазвонили праздничные пасхальные колокола, извещая не только о Воскресении Христовом, но и о наступлении всеобщего мира в Империи...

Однако сразу же всплыли крупные недочёты поспешно заключённого мира.
В этом договоре не было указано, к какому именно сроку Фридрих II должен был вернуть Патримониум. Папа считал, что до снятия отлучения, а император вполне резонно отвечал, что только после снятия отлучения.
Фридрих II стремился к заключению прочного мира с папой, а Иннокентий IV только пытался выиграть время для нанесения решающего удара. В это время к папе прибыла делегация из Ломбардии с просьбой разрешить их спор с императором. Иннокентий IV, не долго думая, вычеркнул из текста уже подписанного и скреплённого клятвами договора пункт о признании папой прав Фридриха II на Ломбардию.

Фридрих II не стал устраивать скандал из-за готовившихся папой поправок в уже подписанный текст мирного договора и попытался добиться личной встречи с Иннокентием II. Имперские войска были выведены из части Патримониума и разблокированы дороги ведущие в Чивитавеккьо.
Иннокентий IV согласился на личную встречу с императором и 7 июня 1244 года прибыл в Чивитавеккьо, но до этого он успел назначить целый ряд новых кардиналов, и все они, что удивительно, оказались из числа злейших врагов Фридриха II. Куратором намечавшихся переговоров папа назначил кардинала Оттона, который был известен своими симпатиями к императору.

Но все эти приготовления велись Иннокентием IV лишь для отвода глаз, ведь одновременно с этим он отправил своего специального представителя в Геную к подеста Филиппо Вичедомини с просьбой о помощи: папа хотел получить в своё распоряжение боевой корабль для бегства в Геную.
Сохраняя видимость подготовки к переговорам с императором, Иннокентий IV дождался своего: утром 26 июня близ Чивитавеккьо бросила якоря эскадра из Генуи, на борту которой находились три двоюродных брата этого коварного папочки.

Дождавшись темноты, Иннокентий IV переоделся обычным рыцарем и в сопровождении небольшой свиты и своих кузенов сумел пробраться в порт Чивитавеккьо, а затем и на спасительный борт генуэзского флагмана.
Это произошло утром 29 июня 1244 года.
Как раз в эти же часы в Чивитавеккьо прибыли посланники Фридриха II, которым оставалось лишь констатировать факт исчезновения Иннокентия II, а, следовательно, и факт крушения переговорного процесса.

Фридрих II Гогенштауфен: жизнь великого императора. Часть XIV

(Продолжение следует)

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: