Фридрих II Гогенштауфен: жизнь великого императора. Часть XII


Ворчалка № 678 от 22.09.2012 г.




После поражения под Брешией Фридрих II уже не помышлял о новых военных операциях и стал готовиться к очередной схватке с папой. Внешне император оставался совершенно беззаботным в конце 1238 и в начале 1239 года, много времени проводил на соколиной охоте и писал свою знаменитую книгу о соколиной охоте.

В это же время папа Григорий IX готовился к новому отлучению императора, и на этот раз он проводил тщательную подготовку к такому акту. Торжественно въехав Рим в конце 1238 года, папа начал перетягивать на свою сторону коллегию кардиналов, где большинство в то время принадлежало сторонникам императора.
Через главу ордена францисканцев папа передал Фридриху II, что хочет жить с ним
"одним сердцем и одной душой".
Одновременно папа предложил императору вступить с ним в переговоры через своего легата, которого он готов немедленно прислать в Кремону, где зимовал Фридрих II.

Но из этих переговоров ничего не вышло, так как легат не только не сделал никаких попыток к примирению, а передал императору послание, в котором в четырнадцати пунктах перечислялись претензии папы к Фридриху II. В основном, речь шла о нарушении императором условий мирного договора, заключённого между папой и императором в Сан-Джермано в 1230 году, и о притеснениях сицилийской церкви императором и его администрацией. Об истинной причине конфликта, о войне императора с Ломбардской лигой, папа упоминал лишь мимоходом: мол, из-за некоторых неурядиц в Европе (Италии!) ухудшается положение христиан в Палестине.

Стало ясно, что папа готовится к новому отлучению Фридриха II от церкви, но император отнёсся к этому довольно легкомысленно. Вероятно, он надеялся на своих сторонников в Риме, которых было много и среди кардиналов. Предвидя возможность своего скорого отлучения, Фридрих II, чтобы отколоть коллегию кардиналов от папы, направил каждому из кардиналов письмо, в котором, в частности, были следующие утверждения:
"...Ведь во всём, что обладатель престола Петра решил или о чём решил возвестить, стоит Ваше [кардиналов] равное участие... И кто же не будет удивляться... когда, усиленный собранием столь многих досточтимых отцов, обладатель престола всей церкви, - если бы только он был справедливым судией! – хочет выступить [ни с кем], не советуясь и горя от личной досады, против римского князя, опоры церкви, занятого распространением Евангелия, налагает на него отлучение и намеревается вынуть духовный меч в пользу ломбардских бунтовщиков...
Из-за этого Мы и печалимся, и тому есть причина, поскольку апостольский отец намерен обидеть Нас так сильно. Когда жестокая несправедливость касается решительного человека, возмутительность дела не позволяет, даже если бы Мы и хотели снести с терпением столь жестокий поступок, не прибегнуть к мести, которую цезари имели обыкновение исполнять...
Поэтому Мы просим Ваше досточтимое сообщество, не могли бы Вы привести образ мыслей высочайшего из священников... в хорошо продуманное соответствие... Ведь Мы печемся о Вашем благополучии и о Вашей чести и не можем равнодушно наблюдать преследования со стороны злодеев. Даже если Мы не в силах противостоять Вашему главе, Нам было бы разрешено законом от несправедливости, которую Мы не можем предотвратить, защититься несправедливыми [действиями]".


Это было не слишком удачное послание и принесло оно прямо противоположный эффект, чем ожидал император. Польстив кардиналам в первой части послания и приравняв могущество коллегии кардиналов к могуществу папы, Фридрих II во второй части этого же послания переходит к угрозам, часть из которых кардиналы могли истолковать в свой адрес.
Этой ошибкой императора – угрозами в адрес кардиналов – немедленно воспользовался папа Григорий IX и перетянул большинство в коллегии кардиналов на свою сторону.

Теперь папа мог не опасаться удара в спину и 20 марта 1239 года объявил об отлучении Фридриха II от церкви. Впрочем, следует заметить, что к подобному поступку император вынудил папу своим поведением, начиная с договора в Сан-Джермано. Вспомните, что в этом договоре Фридрих II обязался не ущемлять привилегии сицилийской церкви и не ограничивать её свободу, а в противном случае император подлежал анафеме, даже добровольной. Вот он и попался в свою же ловушку!

Интересно, что именно в этот же день скончался магистр Немецкого ордена Герман фон Зальца.

В булле об отлучении Фридриха II от церкви перечислялись все основные прегрешения императора кроме основного повода вражды – войны с Ломбардскими городами:
"Мы отлучаем от церкви и предаём анафеме во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, апостолов Петра и Павла и наше собственное, Фридриха, именующего себя императором, из-за того, что он учинил в городе Риме бунт против Римской церкви; Римского первосвященника и его братьев он намеревался изгнать из их резиденций и легкомысленно выступил против облечённых достоинством и честью апостольского престола, против свободы церкви, против клятвы, которой он был связан, и против церкви...
Мы его отлучаем от церкви... также потому, что он не позволял занимать некоторые свободные епископаты и церкви в своём королевстве...
потому что многие служители церкви были заключены в тюрьму и содержались там, были лишены имущества и убиты...
потому что он присвоил имущество церкви и остров Сардинию в нарушение клятвы, данной им церкви относительно этого...
потому что в его королевстве у церквей и монастырей им вымогались подати и специальные налоги в противоречие мирному договору...
потому что в противоречие мирному договору у сторонников церкви отбиралось всё имущество, а их самих изгоняли и объявляли вне закона, в то время как их жён и детей сажали в тюрьму...
Но всех, связанных с ним клятвой верности, Мы объявляем освобожденными от клятвы и строжайшим образом запрещаем хранить ему верность всё время, пока он будет подвергнут отлучению от церкви...
Поскольку он, кроме того, на основании его собственных речей и поступков обвиняется многими со всего земного круга в тяжком грехе — отсутствии правильной католической веры, то Мы будем с Божьей помощью в подходящем месте и в нужное время действовать так, как предписывает Нам в таких вещах законный порядок".


Получается, что папа ещё объявил Фридриха II и еретиком, а это было более сильной карой, чем отлучение, которое можно было легко снять.
Император в свою очередь объявил, что именно этот понтифик из-за своих дел имеет меньше всего прав, чтобы выдвигать подобные обвинения против императора и отлучать его от церкви.
Ведь согласно имперским законом сам папа Григорий IX является еретиком, так как он поддержал бунтующие Ломбардские города, что теперь приравнивалось к ереси.

Кроме того, император 20 апреля 1239 года обратился ко всем правителям Европы и германским князьям, а также – в обход папы – ко всем кардиналам, с требованием созвать всеобщий синод из светских и духовных правителей.
В этом послании, в частности, говорилось:
"Папе будет легко унизить других королей и князей, если будет сломлено могущество римского императора, против которого он направил свои первые удары. Мы взываем к вашей помощи, чтобы мир знал, что наша общая честь затронута каждый раз, как светский князь подвергается нападению".


Германские князья уклонились от подтверждения отлучения Фридриха II на территории своих владений и ответили папе, что они равно служат и церкви, и императору.
Французский король Людовик IX в довольно резкой форме ответил папе, что император является добрым соседом и ревностным христианином, что он неоднократно доказывал своими делами, в отличие от папы, и поэтому король отказывается начинать борьбу с императором.

Весь остаток 1239 года папа и император продолжали осыпать друг друга новыми оскорблениями и проклятиями, и перевес в этой идеологической войне вроде бы остался на стороне Фридриха II. Империя как бы и не заметила папского интердикта.

Даже в Неаполитанском королевстве отлучение совсем не ощущалось: соблюдались все церковные службы и обряды, посты и праздники, а наложить интердикт на всё королевство папа не решился. Функции главы католической церкви в Неаполитанском королевстве стал выполнять архиепископ Палермо Берард Кастакка (1160-1252), который был весьма близок к особе императора. Границы королевства и его порты были надёжно защищены от проникновения папских посланцев; началось массовое изгнание из королевства всех представителей нищенствующих орденов и проповедников.
Жизнь в Неаполитанском королевстве протекала спокойно, налоги собирались исправно.

Не ограничиваясь пропагандистской войной с папой, Фридрих II стал усиливать позиции, как Неаполитанского королевства, так и всей Империи. Укрепив границы королевства, император перешёл в наступление на Папскую область. Ему удалось последовательно захватить несколько территорий, на которые претендовали папы, включавшие их в состав Патримониума: это были герцогство Беневенто, герцогство Сполето, Анконскую марку, часть Романьи, южную Тоскану и Витербо.

Теперь Неаполитанское королевство напрямую было соединено с материковой частью империи, хотя ещё в 1230 году при заключении мира в Сан-Джермано Фридрих II поклялся никогда не делать этого.
Теперь Фридрих II мог задуматься о завоевании всей Италии и о низложении папы Григория IX, но для этого ему требовалась помощь из Германии.

Фридрих II Гогенштауфен: жизнь великого императора. Часть XI

(Продолжение следует)

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: