Гарпал, друг Александра, его гетеры и государева казна. Часть I. Пифоника


Ворчалка № 662 от 05.05.2012 г.




Македонец Гарпал происходил из знатного рода и с детства входил в круг самых близких друзей Александра, сына царя Филиппа II. Туда входили юноши, позднее прославившиеся в азиатских походах Александра: Птолемей, сын Лага, Неарх, братья Эригий и Лаомедонт.
Из-за участия в каких-то дворцовых интригах (вроде бы Александр искал руки дочери Пиксодора Карийского без разрешения отца) в 337 году до Р.Х. Филипп II изгнал самых близких друзей Александра, или они сами бежали, страшась царского гнева; среди этих бежавших друзей был и Гарпал.
[Далее все даты в выпусках про Гарпала будут указываться без уточнения “до Р.Х.”.]

После смерти Филиппа II в 336 году эти беглецы вернулись ко двору, были награждены, обласканы и получили важные должности при молодом царе. Птолемея Александр назначил телохранителем, Эригия – гиппархом союзников; Лаомедонт, знавший несколько языков, стал ведать пленниками. Гарпала, который в силу своих физических недостатков не был пригоден к воинской службе, Александр назначил на должность главного казначея.
Что-то было, наверное, в Гарпале такое, раз Александр доверил ему столь важную и ответственную должность.

Никаких особо примечательных подвигов на своей должности Гарпал не совершал вплоть до битвы при Иссе (333 год до Р.Х.), когда он незадолго до сражения послушался советов некоего Тавриска и, прихватив казённые деньги, бежал вместе с ним в Эпир.
Тавриск, действительно, отправился в Эпир, а Гарпал остановился в Мегаре, где стал вести довольно изнеженную и развратную жизнь. Здесь он впервые понял, что большие деньги могут принести ему любовь самых красивых женщин.

Александр после битвы при Иссе вспомнил про своего друга детства, вспомнил перенесённые вместе невзгоды, и простил Гарпала, вернув ему должность главного казначея и своё доверие. Очевидно, виновным в этих событиях был назначен Тавриск.
Для охраны уже захваченных сокровищ Гарпалу были выделены некоторое число всадников и легковооружённых пехотинцев.

В азиатском походе Александр страдал от недостатка интеллектуальной жизни, поэтому он приказал Гарпалу прислать ему сочинения лучших греческих писателей. Гарпал выполнил этот приказ царя и прислал ему сочинения историка Филиста (430-355), многие из трагедий Еврипида, Софокла и Эсхила, а также дифирамбы Телеста (V-IV вв. до Р.Х.) и Филоксена (435-380).

В 331 году Гарпал был назначен сатрапом Вавилонии и под его контроль попали сокровища, захваченные в Экбатанах. В 330 году Александр велел переправить туда же и сокровища из Персеполя и Пасаргад. Для охраны этих громадных сокровищ в распоряжение Гарпала был выделен отряд из шести тысяч тяжело вооружённых македонцев, а отряды всадников и лёгкой пехоты были усилены.
Помимо этого, Гарпалу были подчинены теперь и казначеи других сатрапий Востока.

В Вавилоне Гарпал прославился тем, что первым попытался украсить царский дворец и другие места отдыха и прогулок завоевателей греческими растениями, чтобы их не так мучила тоска по родным местам. Удача в этом деле сопутствовала Гарпалу, и все привезённые из Греции растения и цветы пышно разрослись, кроме плюща, который в знойном климате Вавилонии не прижился – ведь это растение любит прохладу, тень и влагу.

Контролируя громадные сокровища, захваченные в Персии, Гарпал не устоял перед искушением и начал тратить государевы денежки на местных женщин, обжорство и кутежи.
Когда же Александр отправился походом в Среднюю Азию и далее в Индию, Гарпал почему-то решил, что царь из этого похода уже не вернётся, и пустился во все тяжкие.

А кто мог остановить Гарпала в его проматывании царских денег? Ведь он входил в число ближайших друзей Александра, а большинство приближённых и друзей царя отправились с ним в новый Восточный поход.

Вскоре местные женщины прискучили Гарпалу, и он выписал из Афин самую красивую, известную и дорогую гетеру по имени Пифоника или Пифионика. Но так как в древности пифиониками называли победителей на Пифийских играх, то я данную даму буду называть в дальнейшем, в основном, Пифоникой.
В благодарность за оказанную греками услугу Гарпал начал ежегодно отправлять в Афины значительные количества зерна, что, кстати, очень помогло городу во время голода 326/325 годов.

О жизни Гарпала с Пифоникой достоверных сведений сохранилось очень мало. Известно лишь, что Гарпал истратил на неё очень много казённых денег, прижил с нею дочку, и некоторые древние авторы сообщают, что Гарпал женился на Пифонике. Вот и всё. Не слишком долго продолжалась счастливая жизнь Гарпала и Пифоники. Вскоре прекрасная гетера скончалась, и Гарпал решил достойно почтить её память.

Посидоний (135-51) в своей "Истории" очень коротко описывает похороны Пифоники:
"И во время похоронного шествия тело её сопровождал огромный хор из лучших актёров, слаженно певших под звуки разных инструментов".


Вот как описал Плутарх события после похорон Пифоники:
"Так, когда умерла гетера Пифоника, возлюбленная Гарпала, которую он держал при себе и прижил с нею дочь, Гарпал решил поставить ей дорогой памятник и поручил заняться этим Хариклу. Услугу эту, и саму-то по себе не слишком благородную, сделал особенно позорною жалкий вид завершенного надгробья. Его и теперь можно увидеть в Гермии, что на дороге между Афинами и Элевсином, и оно ни в коем случае не стоит тридцати талантов, которые, как сообщают, значились в счете, поданном Гарпалу Хариклом".


По словам Афинея, этот памятник Пифонике представлял собой целый храм, посвящённый Афродите, с алтарем Афродите-Пифонике. Упоминаемый Харикл был зятем известного афинского военачальника и политика Фокиона (ок. 400-318). К ним мы ещё потом вернёмся.

Историк Феопомп (380-300) в одном из писем к Александру чуть более подробно освещает историю с Пифоникой и памятниками в её честь:
"Представь только глазами и слухом то, о чём пишут из Вавилона: как Гарпал проводил в последний путь Пифионику. Она была рабыней флейтистки Бакхиды, а Бакхида – фракиянки Синопы, перенесшей свой блудный промысел из Эгины в Афины, - так что она как бы трижды рабыня и трижды блудница!
А теперь на двести с лишним талантов он поставил ей два памятника, и все только дивятся, что тем, кто пал в Киликии за твою власть и свободу эллинов, ещё не украсил могилу ни Гарпал, ни один из наместников, а гетере Пифионике давно уже стоят два памятника, в Афинах и в Вавилоне. А ведь все знали, что была она общим достоянием всех желающих за общую для всех плату. И вот ей-то Гарпал, именующий себя твоим другом, смеет воздвигать храм с освящённым участком и назначать этот храм и алтарь Афродите-Пифионике, презирая божьи кары и оскверняя полученные от тебя почести!"


Как видим, Феопомп говорит о двух воздвигнутых памятниках в честь Пифоники, но о вавилонском памятнике нам почти ничего не известно, кроме самого факта его существования.
Значительно большее количество отзывов приходится на памятник Пифонике, воздвигнутый в Аттике.

Дикеарх (365-300) в своём сочинении "О нисхождении к Трофонию" пишет о том, какие чувства мог испытывать путешественник,
"приближаясь к Афинам по их Священной дороге из Элевсина. Остановившись там, где впервые издали виден Акрополь и храм Афины, тут же видишь у дороги исполинский памятник, которому нет даже отдаленно подобного. Сперва хочется сказать, что это, несомненно, памятник Мильтиаду, или Периклу, или Кимону, или иному из доблестных мужей, и что воздвигнут он на общественный счёт или хотя бы с общественного согласия. Но когда приглядишься и увидишь, что это памятник гетере Пифионике, то что после этого думать?"


История с Пифоникой стала популярным сюжетом для древних писателей. У драматурга Филемона (360-264) в его “Вавилонянине” герой говорит некоей даме:
"Царицею вдруг станешь Вавилонскою?
Слыхала ж о Гарпале с Пифионикой".


В анонимной сатировой комедии “Агин” (иногда её называют “Аген”), которую часто приписывают то самому Александру, то некоему Пифону из Катаны (или Византия), история с памятником Пифонике приводится в ироническом ключе:
"Средь тростников густых, стоит высокая
Твердыня, даже птице недоступная.
А слева - девки храм; когда воздвиг его
Паллид, он предрешил своё изгнание.
Пришел тогда он в крайнее отчаянье,
И убежден был варварскими магами,
Что вознесут-де душу Пифионики
На небеса".
В этом отрывке Гарпал назван Паллидом.

Для полноты впечатления я приведу и другой перевод этого отрывка:
"Теперь там, где растет кальм, стоит
Слева от большой дороги гробница с куполом,
Прекрасное святилище блудницы, после постройки которого
Сам Паллид из-за этой постройки пустился бежать.
И когда некоторые маги варваров
Увидели его там лежащим в жалком виде,
То они обещали огорчённому вызвать
Дух Пифионики".


Даже Павсаний (II век от Р.Х.) в своём знаменитом сочинении “Описание Эллады” затронул отношения между Гарпалом и Пифоникой и, в отличие от своих предшественников, высоко оценивал памятник Пифонике:
"Ещё раньше он женился на Пифионике; откуда она родом, я не знаю, но она была гетерой в Афинах и в Коринфе. Он так страстно её любил, что после её смерти он воздвиг ей памятник, наиболее достойный осмотра среди всех, какие только были у эллинов в древние времена".
Видите, уважаемые читатели, как разнятся между собой оценки памятника, который воздвиг Гарпал в память Пифоники.

(Продолжение следует)

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: