Александрийская библиотека. Часть II. Сведения об основании Библиотеки


Ворчалка № 519 от 15.05.2009 г.


Александрийская библиотека. Часть I. Описание Александрии Египетской

Хотя одним из семи чудес света и самым знаменитым сооружением в Александрии считается Фаросский маяк, но наибольший вклад в культуру человечества внесли другие здания – Музей и Серапейон.
Вообще-то говоря, библиотек в Александрии было две. Главная библиотека вместе с Музеем составляла часть царского дворцового комплекса. Долгое время начальник библиотеки являлся и воспитателем наследника царского престола, что говорит о важности этой должности.

Вторая библиотека находилась в Серапейоне, храме бога Сераписа. Серапейон был возведен в египетском квартале Ракотида на искусственно созданной возвышенности. Храм окружало более трехсот колонн – это был целый комплекс различных храмов, святилищ и прочих строений, одним из которых и являлась вторая библиотека.

Считается, что строительство Серапейона начал сам Птолемей I Сотер (367-283 гг. до Р.Х.). Чтобы попасть в храм, надо было подняться по лестнице в 100 ступеней, и тогда перед посетителем представала статуя Сераписа с протянутыми руками, как бы для того, чтобы принять грешника. Серапейон был очень богато украшен изнутри и снаружи, что отметил Аммиан Марцеллин:
"Серапейон, украшенный широчайшими атриями и колоннадами, живыми образами статуй, настолько выделялся великолепием своей отделки и украшений, что после Капитолия, навеки прославившего досточтимый Рим, нет ничего, что могло бы считаться более выдающимся во всей вселенной".


Читая эти строки, следует делать скидку на то, что к тому времени Брухейон был уже уничтожен, и Аммиан Марцеллин посчитал еще сохранившуюся библиотеку Серапейона знаменитой Александрийской библиотекой.

В библиотеке Серапейона хранились как греческие, так и египетские книги и рукописи, а позднее и книги на других языках. Здесь находились дубликаты книг главной библиотеки, а также разнообразная литература учебного характера.

Основателем Музея и собственно Библиотеки следует считать Птолемея I Сотера, который, по преданию, сделал это по совету Деметрия Фалерского (350-283 гг. до Р.Х.), прибывшего в Александрию около 297 г. до Р.Х.
Деметрий Фалерский был учеником Феофраста, хорошо знал устройство афинских платоновой Академии и аристотелевского Ликея и стремился к культурной преемственности между Элладой и новой столицей Птолемеев.

Среди аргументов, которые выдвигал Деметрий Фалерский Птолемею I в пользу создания библиотеки, был и такой:
"Ведь то, что не рискнут посоветовать царям их друзья, излагается в книгах".


Однако организационные основы функционирования Музея и библиотеки были разработаны уже в царствование Птолемея II Филадельфа (309-246 гг. до Р.Х.), при котором эти учреждения стали главным научным и литературным центром Древнего мира.

Птолемей I начал отовсюду созывать в Александрию знаменитых писателей и ученых, как говорится, деятелей науки и искусства. В Александрию очень скоро приехали такие знаменитости того времени, как математик Эвклид, художники Апеллес и Антифил, врач герофил, историк Гекатей Абдерский, ритор Диодор, поэт Филет, грамматик Зенодот и множество других. Воспитание наследника престола, будущего Птолемея II, было поручено царем поэту Филету и философу Стратону, одному из учеников Феофраста.

Кроме того, Птолемей I тратил огромные средства (а если мог, то и просто накладывал свою руку) на то, чтобы привезти в Александрию множество книг, картин, статуй и прочих культурных ценностей.

Однако далеко не все ученые и писатели клюнули на обещанные Птолемеями блага и почести. Среди отказников мы находим великого комедиографа Менандра и знаменитого философа Феофраста. Эти люди предпочитали сохранить свободу творчества, а не следовать жестким указаниям двора, получая взамен щедрое содержание.
Некоторые не смогли прижиться в Александрии; так, например, художник Антифил бежал на остров Кос, где он стал вести более голодное, но свободное существование.

Между собравшимися писателями и учеными сразу же начались споры и ссоры. Так, например, ритор Диодор Ясосский по прозвищу Кронос на пиру ввязался в спор с диалектиком Стильпоном и не смог сразу ответить на несколько его вопросов. Птолемей I стал насмехаться над Диодором. Тогда расстроенный Диодор покинул пир, дома написал сочинение о спорных вопросах, а потом от огорчения умер. Об этом споре сохранилась такая эпиграмма:
"О Кронос Диодор, какие демоны 
Тебя в унынье ввергнули 
Такое, что нисшел ты в царство Тартара, 
Не разрешив Стильпоновых 
Загадок темных? Звать тебя пристало бы 
Не Кроносом, а Оносом".
Кронос – имя бога, а Онос – по-гречески значит "осёл".

Такие случа давали многочисленные поводы для насмешек, и силлограф Тимон недаром насмехался над александрийскими учеными:
"Множество кормится там, во многоязычном Египте,
Книжных бумагомарак, меж собой беспрестанно враждуя, 
В клетке для Муз..."


Птолемею II удалось приобрести библиотеку Аристотеля, и это событие создало то ядро, вокруг которого и стало формироваться основное собрание Александрийской Библиотеки.

Клавдий Гален сообщает и о достаточно оригинальном способе пополнения собрания Библиотеки: все суда, приходившие в гавань Александрии, а их было огромное количество, должны были отдавать в Библиотеку все свои книги, а взамен получать их копии.

Часто Птолемеи не брезговали и обманом. Так Птолемей III Эвергет (282-221 гг. до Р.Х.) под громадный залог взял в долг у Афин для копирования государственный комплект произведений афинских драматургов. Но ценность обладания оригиналами этих произведений оказалась так велика, что Птолемей Эвергет вернул афинянам тщательно выверенные копии одолженных книг, потеряв свой залог.

Поэтому нет ничего удивительного в том, когда мы читаем такое сообщение Авла Геллия:
"...огромное количество книг было собрано либо изготовлено в Египте царями Птолемеями. Оно достигало 700 тысяч свитков..."


Для изготовления книг Александрия обладала великолепными ресурсами: она была мировым центром по производству папируса, а вскоре здесь собралось огромное количество квалифицированных писцов и грамматиков, способных провести критический анализ текста и подготовить высококачественное издание.

Успешной работе ученых способствовал весь комплекс зданий Музея и библиотеки, ведь "храм Муз" был создан не столько для поклонения музам, сколько для практического служения им. В комплексе Музея находился большой тенистый двор, окруженный со всех сторон изящными галереями. Пройдя через этот двор, посетитель попадал в большой зал, из которого можно было пройти в большое количество комнат, где философы преподавали свое учение. Поэты читали свои стихи, а грамматики читали и комментировали Гомера.

Преподаватели и ученики жили все вместе, вместе питались и вместе получали содержание от царя. Страбон так описывает Музей:
"Часть царских палат составляет Музей. Он состоит из портика, экседра (зала) и большого здания, где находится общая столовая ученых мужей, причастных к Музею. Это собрание ученых ("синод") обладает общим денежным фондом. Во главе Музея стоит "жрец начальник Музея", который прежде назначался царями, ныне же назначается Цезарем".


А что представляла собой главная Библиотека?
Сообщение Авла Гелия мы уже видели. Свидетельства современников до нас не дошли, а прочие древние сообщения дают довольно противоречивые сведения.

Так христианский писатель Епифаний Кипрский (IV век) сообщает, что когда Птолемей II спросил Деметрия Фалерского о количестве уже собранных книг в Библиотеке, тот ответил, что всего собрано 54800 свитков. При этом Деметрий добавил, что много книг можно найти еще в других странах, таких как Персия, Вавилон, Ассирия, Иудея, Эфиопия и пр.

Византийский ученый Иоанн Цец (1110-1180) в своем сочинении "Введение к Аристофану" пишет:
"Названный царь Птолемей [Филадельф], поистине философская и божественная душа, крайний любитель всего прекрасного, и вида, и дела, и слова, когда через посредство Деметрия Фалерского и других почтенных мужей за счет царской казны собрал отовсюду в Александрию множество книг и поместил их в две библиотеки. Во внешней библиотеке, (т.е. в Серапейоне) их насчитывалось 42 800. Другая библиотека, располагавшаяся внутри дворца, имела "смешанных книг" 400 000, а "простых" же и несмешанных – 90000, как описал их по "Таблицам" Каллимах, являвшийся придворным царя, позже после приведения их в порядок".


Можно добавить, что византийский хронист Георгий Синкелл, живший на рубеже VIII и IX веков, оценивает количество книг в Александрийской библиотеке в 100 тысяч свитков.

О том, что представляют собой "простые" и "смешанные" книги, упоминаемые Цецом, существует множество гипотез и версий. Приведу лишь две из них, представляющиеся мне более правдоподобными.

По первой версии "простыми" свитками назывались такие, которые заключали в себе полное произведение, от начала до конца, или законченную часть целого произведения. "Смешанными" в таком случае следует называть свитки, в которых не было осуществлено деление произведения на части, или произведение не представляло собой законченного целого, или в свитке могло находиться несколько литературных произведений.

Более вероятным является представление о том, что "простыми" свитками следует называть такие свитки, которые заключают в себе законченное литературное произведение или его часть. Тогда "смешанными" книгами следует называть совокупность свитков, охватывающих одно произведение, или собрание сочинений одного автора.

Первым главой Александрийской библиотеки традиция называет Зенодота Эфесского, о котором в словаре Суды сказано так:
"Зенодот Эфесский, эпический поэт и грамматик, ученик Филета, жил во времена Птолемея I. Он первый стал править поэмы Гомера и возглавил Александрийскую библиотеки. Был также воспитателем детей Птолемея".


Александрийская библиотека. Часть I. Описание Александрии Египетской

(Продолжение следует)

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: