Френсис Дрейк и Джон Хокинс: сладкая парочка. Часть V. Панама: 1572-73 гг


Ворчалка № 487 от 28.09.2008 г.


Пришлось герцогу Альба направить в Англию для переговоров д’Ассонлевилля, ведь англичане уже захватили множество испанских кораблей, конфисковали их грузы, а членов команд арестовали. Однако прибывший д’Ассонлевилль был сам немедленно арестован после схода на берег, так как у него не было верительных грамот от испанского короля, а дон де Спес сам находился в это время под домашним арестом.



Так развивались англо-испанские отношения, когда 20 января 1569 года в Плимут вернулся Френсис Дрейк на "Юдифи". Уильям Хокинс тут же отправил королеве письмо, в котором просил возместить огромные потери, понесенные экспедицией Дж. Хокинса по вине испанцев, из тех средств, которые получены от реализации конфискованной испанской собственности в Англии. А 25 января в Плимут вернулся и сам Джон Хокинс.



Я не знаю, как решился вопрос с компенсацией, но известно лишь, что все акционеры плавания Хокинса остались довольны результатами, а больше всех была довольна сама королева – даже несмотря на потерю одного из своих судов.



Что же касается захваченных денег, то Елизавета I передала Филиппу II, что Англия берет на себя испанские долговые обязательства перед генуэзским банкирским домом Спинола. Неизвестно, насколько таким исходом дела остались довольны генуэзцы, ведь все прекрасно знали, что королева очень неохотно расстается с деньгами, попавшими в ее руки. А Филипп II решил, что будет теперь пересылать деньги в Нидерланды только сухопутным путем, но это оказалось более дорогостоящим предприятием, да и опасностей на этом пути было не меньше.



После этой истории пути Хокинса и Дрейка на длительное время расходятся: Хокинс окунулся в большую политику, а Дрейк, став известным капитаном, продолжал свои морские путешествия.



Вначале расскажу немного о делах Дж. Хокинса, который с ведома и одобрения своей королевы пустился в рискованное предприятие. Став важной фигурой в Адмиралтействе, - под командованием Хокинса теперь находилось 16 кораблей с общим экипажем в полтысячи человек, - он привлек внимание происпански настроенных подданных королевы Елизаветы тем, что стал выдавать себя за тайного католика, который мечтает восстановить в стране истинную веру, как в недавние времена королевы Марии.



Филипп II в это время организовывал в Англии очередной заговор с целью свержения с престола королевы Елизаветы и восстановления в стране католицизма; на освободившийся престол предполагалось возвести Марию Стюарт, которая, правда, уже находилась в английской тюрьме. В организации заговора принимали активное участие и многочисленные папские агенты, и тайные католики, которых в Англии было еще немало. Поэтому не стоит удивляться тому, что испанцы быстро заглотили нехитрую наживку и привлекли Хокинса к участию в заговоре.



Планировалось, что после устранения Елизаветы для укрепления власти Марии Стюарт из Нидерландов в Англию будет переправлена часть армии герцога Альба, а флот для этой операции должен был подготовить герцог Медина-Сидония. Хокинс заверял испанцев в том, что в нужный момент он со всеми своими силами окажет поддержку высадившемуся десанту, и обязался всячески укреплять власть новой королевы. Для себя Хокинс потребовал компенсацию за потерю своих кораблей в инциденте у Веракруса, разрешения торговать с Вест-Индией и торговых привилегий для своих кораблей, а также освобождения вех своих моряков, находящихся в испанском плену.



Испанцы полностью поверили Хокинсу и удовлетворили большую часть его требований. На организацию участия сил Хокинса в заговоре, а также в качестве вознаграждения, испанцы через итальянских банкиров передали Хокинсу около 40 тысяч песет (или дукатов?). Из испанского плена были освобождены несколько английских матросов, кроме тех, которые участвовали в сражении у Веракруса – их судьбу испанцы обещали решить после переворота, а пока были облегчены условия их нахождения в плену. Хокинсу были обещаны различные льготы в торговле с Испанией и испанскими колониями, более того, Филипп II пожаловал Хокинсу титул гранда. Во, как!



Испанцы полностью доверяли Хокинсу и посвящали его почти во все подробности готовящегося заговора. И следует сказать, что заговор был организован почти идеально и наверняка закончился бы успехом, если бы Елизавета I, располагая информацией полученной от Хокинса, не организовала слежку за всеми участниками заговора. Наконец, терпение королевы лопнуло, и в январе 1572 года по всей Англии были проведены многочисленные аресты, а испанский посол был объявлен персоной non grata. Так провалился прекрасно организованный заговор против Елизаветы I, а испанцы только через несколько десятилетий узнали, почему он провалился. Ведь на свободе остался не только Хокинс, но и еще несколько видных участников заговора, но за всеми ними теперь тщательно присматривали.



После этого подвига Хокинс активно участвовал в организации и совершенствовании английского флота. Он был горячим сторонником строительства скоростных и маневренных кораблей, вооруженных дальнобойными орудиями. Именно такие корабли и обеспечат англичанам победу над Непобедимой Армадой, но это будет значительно позже.



А пока вернемся к Френсису Дрейку, который летом 1569 года успел жениться на Мэри Ньюмен, а в конце того же года отправился в новое плаванье, большая часть которого проходила в 1570 году.



Куда и зачем? Разумеется, в испанские колонии по уже известному ему маршруту. Об этом плавании Дрейка, как, впрочем, и о следующем, известно очень мало, так как оно готовилось и проводилось в условиях повышенной секретности. Достоверно можно сказать только, что в этом плавании принимали участие два небольших судна – "Лебедь" и "Дракон", - все остальное относится уже к догадкам и предположениям, правда, весьма правдоподобным.



Скорее всего, Дрейк выполнял разведывательное плавание, собирая информацию о сроках и маршрутах доставки собранных испанцами сокровищ в порт Номбре-де-Диос на Атлантическом побережье. Там сокровища грузили на флот, прибывший из Севильи, и отправляли в Испанию.



Кроме того, Дрейк должен был найти удобные и скрытные места для стоянки английских кораблей, подходы к испанским портам и т.п., а также по возможности оценить обстановку в испанских колониях. Никаких документов об этом плавании не сохранилось, так как сразу же после возвращения экспедиции Дрейка он представил в Адмиралтейство корабельные журналы и отчет о плавании, а вскоре после изучения специалистами все эти документы были уничтожены.



Собранной информации показалось Дрейку недостаточно, и в 1571 году он отправляется в новое плавание к берегам Америки, но уже только на одном крошечном [всего 30 тонн водоизмещением] "Лебеде". Никаких документов и об этом плавании Дрейка не сохранилось, но известно, что на побережье Панамы в нескольких десятках миль от Номбре-де-Диос он обнаружил очень удобную бухту, которая была им названа бухтой Фазанов или, как ее еще иногда называют – Порт-Фазан, - якобы там на берегу было обнаружено множество этих птиц.
Дрейк велел очистить берег бухты от зарослей, прорубить в лесу несколько просек, а также спрятать в укромных местах запасы продовольствия.



Все эти приготовления производились в условиях чрезвычайной секретности, и все документы этого плавания были также после возвращения уничтожены, но, как говорится, что известно двоим... Но об этом чуть позже, а пока можно было считать, что все необходимые приготовления для захвата испанских сокровищ [не всех, конечно, а только их части] были сделаны.



24 мая 1572 года из Плимута отплыли два корабля – "Паша" (70 т) и уже известный нам "Лебедь". Френсис Дрейк находился на "Паше", а капитаном "Лебедя" был его младший брат Джон Дрейк. В плавании принимало участие 72 человека, но далеко не все из них вернулись домой. Оба корабля были плотно нагружены продовольствием [из расчета на год плавания], орудиями и боеприпасами. Помимо этих обычных для всех плаваний припасов, на борту "Паши" в разобранном виде находились две или три пинасы – это небольшие гребные (иногда и парусные) суда с малой осадкой, пригодные для плавания в прибрежных водах, а также в реках.



Проплыв недалеко от Канарских островов, Дрейк 29 июня оказался близ острова Доминика, но на якорь корабли стали у небольшого острова в пяти милях от побережья Доминики. Здесь англичане пополнили запасы пресной воды и немного отдохнули.



1 июля корабли Дрейка продолжили свое плавание и 12 июля вошли в бухту Фазанов. Побережье бухты выглядело так, как будто матросы Дрейка и не вырубали здесь заросли год назад, но главная неприятность была не в этом. На одном из деревьев Дрейк нашел послание от капитана Джона Гаррета, покинувшего бухту Фазанов пять дней назад. Гаррет сообщал, что испанцы обнаружили подготовленную Дрейком стоянку и уничтожили или захватили все его припасы, а сам Гаррет спешит покинуть столь негостеприимное место.



Вы спросите, уважаемые читатели, как же капитан Гаррет нашел бухту Фазанов? Ответ до банальности прост: несколько человек из команды "Лебедя", плававших с Дрейком в 1571 году, в 1572 году уже оказались в команде Гаррета. Вот они-то и показали своему новому капитану подготовленную Дрейком стоянку. Таков был уровень секретности в XVI веке.



Поскольку другой такой удобной стоянки не было, как минимум, в пределах пары сотен миль, Дрейк все же решил оборудовать свой опорный пункт в бухте Фазанов. Корабли стали на якорь, а на берегу закипела работа: часть матросов собирала пинасы, а другая часть команды начала строительство деревянного форта.



13 июля Дрейка ждал новый сюрприз: в бухту Фазанов вошел еще один английский корабль под командованием капитана Джеймса Ренса. Экипаж этого судна состоял из 30 человек, и, как вы уже, наверно, догадались, несколько членов этого экипажа плавали в прошлом году с Дрейком, а теперь показали своему новому капитану заветную стоянку.



Корабль Ренса сопровождали два небольших судна, которые он недавно захватил у испанцев. Дрейк предложил Ренсу и его команде участвовать в своем мероприятии, и тот охотно согласился.



(Продолжение следует)

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: