Секретная экспедиция. Присоединение Алеутских островов к России. Часть II


Ворчалка № 160 от 28.04.2002 г.


   Условия зимовки двух кораблей очень сильно различались. На корабельном совете "Св. Екатерины " было принято решение вернуться обратно и зимовать в восточной гавани острова Унимак напротив полуострова Аляска. На берегу были построены из плавника дома-юрты, в которых и разместились люди. Креницын продолжал исследовательские работы. Он отправлял партии по тридцать - тридцать пять человек для обследования острова Унимак и полуострова Аляска. Всем членам таких экспедиций давалось указание не чинить никаких обид местному населению. Но, несмотря на это, людям Креницына не удавалось установить теплых отношений с алеутами. На байдарах русские прошли вдоль северного и южного берегов полуострова Аляска до ста пятидесяти верст, видели множество юрт, но все они были покинуты. Узнав о приближении русских, алеуты покидали свои жилища.
   В покинутых юртах русские иногда брали юколу (вяленую рыбу), но всегда оставляли взамен разные товары. Во время одной из таких поездок двумя стрелами был ранен один из казаков экспедиции. В октябре 1768 года к "Св. Екатерине" приплыли на байдарах алеуты и попросили подарки. Но когда к ним приблизились наши моряки, их обстреляли из луков. Так что с местным населением людям Креницына никак не удавалось наладить дружественных отношений. А тут начались трудности с продовольствием, и члены экспедиции стали болеть цингой. Вскоре заболевания приняли массовый характер, а свежей пищи достать было негде.
   Только в феврале с каких-то дальних островов прибыла группа алеутов, которые враждовали с местными племенами. Поэтому они и решили встретиться с русскими. Алеуты обменяли на ножи и другие товары несколько кусков китового мяса. Прибывшие алеуты обещали приезжать часто, но из-за вражды с местными племенами смогли это сделать только еще один раз.
   Пришла весна, но на каменистом острове Унимак не было найдено никаких трав. Люди начали умирать. В судовом журнале есть запись, датированная первыми числами мая, согласно которой в экспедиции оставалось
"служителей, которые могут ходить, всего тринадцать человек".
Людей на ногах оставалось так мало, что некому было готовить судно к походу. Но 10 мая 1769 года к судну подошли две алеутские байдары, с которых кричали:
"Капитан Левашев!"
Алеуты привезли письмо от Левашева. Их щедро одарили и отправили с ними ответное письмо, в котором сообщалось, что на "Св. Екатерине" от цинги уже умерло тридцать один человек, и поэтому они самостоятельно уже не могут сняться с якоря.
   Зимовка "Св. Павла" проходила в более благоприятных условиях в заливе Игунок на острове Уналашка. Левашову и его людям сразу же удалось установить хорошие отношения с местными жителями. Алеуты безбоязненно приходили на борт "Св. Павла", охотно брали подарки, а также меняли рыбу и мясо на различные товары и ножи. В конце сентября с острова Акутан прибыли старейшины и оставили своих четверых детей в заложники в знак особого доверия к русским. Старейшины были встречены с почетом и одарены богатыми подарками. Вскоре алеуты прислали заложников и с некоторых других островов.
   Зимовка "Св. Павла" тоже оказалась нелегкой, так как дома из плавника оказались непрочными и продукты в них портились. В команде Левашева тоже начались болезни, но больных здесь было значительно меньше, чем на "Св. Екатерине". Однажды зимовщики нашли выкинутого на берег кита и очень обрадовались даже такой пище.
   Левашев все время расспрашивал алеутов, пытаясь получить какие-нибудь сведения о "Св. Екатерине". Но никто ничего не знал. Левашеву удалось уговорить знакомых алеутов съездить на остров Унимак и на полуостров Аляску для расспросов о зимующем русском судне и передаче на него письма.
   Алеуты собрали около сотни байдарок, так как они враждовали с алеутами острова Унимак, и отправились в путь. Перед отплытием Левашев щедро одарил старейшин и передал им четыре конверта, рассчитывая, что хоть один конверт попадет по назначению. Через месяц вернулся один из старейшин и сообщил, что русское судно зимует на острове Унимак, но тамошние алеуты грозятся убить всех, кто захочет подойти к русским. Жители Унимака задержали посланных алеутов, отобрали у них все припасы и прогнали домой.
   Наконец Левашеву удалось уговорить одного из алеутов с острова Акутан съездить на остров Унимак и отвезти письмо на русское судно. В конце мая 1769 года посланный алеут вернулся и привез ответ от Креницына. Левашев тотчас же приказал своей команде выходить в море. Перед отправлением в судовом журнале была сделана следующая запись:
"Всех служителей шестьдесят человек и трое сирот алеутов. Больных двадцать восемь человек. За время зимовки трое умерло и двое пропали без вести".
Как видите, уважаемые читатели, условия зимовки на "Св. Екатерине" и "Св. Павле" значительно отличались.
   6 июня 1769 года русские корабли снова встретились. На офицерском совете было принято решение прекратить экспедицию из-за малочисленности команд и при первом попутном ветре следовать на Камчатку. Все исследованные земли были провозглашены включенными в состав Российской империи, а жители этих земель стали считаться российскими подданными. На острове Унимак были захоронены останки тридцати пяти человек, на горе в память о них был установлен большой крест и произведен пушечный салют.
   22 июня 1769 года корабли вышли из Исаноцкого пролива и вдоль южной стороны Лисьих островов двинулись в обратный путь. Вскоре из-за шторма, опять эти штормы, корабли снова разлучились. "Св. Екатерина" прибыла в устье реки Камчатки 30 июля, а "Св. Павел" из-за встречных ветров вошел туда же только 24 августа. Команды были изнурены, в них насчитывалось большое количество больных, и поэтому Креницын принял решение не идти в Охотск, а зимовать в Нижне-Камчатском остроге.
   Вся зима прошла для офицеров экспедиции в обработке путевых журналов и уточнении пеленгов исследованных островов для нанесения их на генеральную карту. Летом 1770 года оба корабля уже были готовы к отплытию в Охотск и ждали лишь попутного ветра, когда 5 июля произошло несчастье: переправляясь на лодке через реку Камчатку, утонул Петр Кузьмич Креницын. Он так и не узнал, что 4 июля 1769 года он получил звание капитана I-го ранга. Заметим, что несколько позднее, а именно 12 марта 1771 года Левашеву было присвоено звание капитана II-го ранга, то есть еще до его прибытия в Петербург.
   Командование над экспедицией принял Левашев, а командиром галиота "Св. Екатерина" он назначил штурмана Дудина-младшего. В начале августа при хорошей и солнечной погоде корабли благополучно вошли в порт Охотска. Отсюда Левашев с частью состава экспедиции и со всеми документами выехал в Петербург, куда и прибыл 22 октября 1771 года. По дороге не обошлось без происшествий. Когда Левашев переправлялся через сибирскую реку Юдома, лодка, в которой он сидел, перевернулась, и все материалы экспедиции оказались в воде. К счастью их все удалось выловить, но потом пришлось все бумаги два дня сушить на солнце.
   Все экспедиционные материалы, - инструкции, карты, судовые журналы, рисунки и прочие бумаги, - были переданы Левашевым Адмиралтейств-Коллегии. Кроме того, лично Левашевым были составлены "Экстракт из журналов морской секретной экспедиции", "Описание острова Уналашка", "О ясаке", "О промысле российских людей на острове Уналашке разных родов лисиц" и "О жителях того острова". Адмиралтейств-Коллегия ознакомилась только с "Экстрактом", а все остальные материалы были переданы адмиралу Нагаеву для их проверки и составления генеральной карты.
   Нагаев изучил все материалы экспедиции и остался ими очень доволен. На карту было нанесено более тридцати новых островов, в том числе самый крупный остров архипелага Унимак. Такая карта была уже пригодна для пользования мореходами. На заседании Адмиралтейств-Коллегии Нагаев доложил о результатах секретной экспедиции и просил наградить всех офицеров экспедиции. Но из отправившихся в путь шести офицеров в живых остались только двое: капитан Левашев и штурман Дудин. Их и отметила Коллегия, присвоив Левашеву чин капитана I-го ранга, а Дудину - чин подпоручика. Обоим же был произведен пожизненный пансион. Так была отмечена экспедиция, завершившая присоединение Алеутских островов к России.
   Материалы этой секретной экспедиции были недоступны для исследователей вплоть до 1852 года, когда русский морской историк А. Соколов опубликовал первые подробные материалы об экспедиции. Из этих материалов мы можем узнать, что название "алеуты" для жителей островов предложил русский промышленник и исследователь Ближних островов Новодчиков. Русские же завезли это название и на другие острова. Ведь
"до российских промышленных людей они не знали, что есть алеут, а ныне и сами так себя называют".
А раньше все жители островов назывались по-разному: жители острова Уналашка называли себя "коголаги"; жители островов от Акутана до Унимака называли себя "кигигусы"; жители же острова Унимак и полуострова Аляска называли себя "катагаегуки".
   С ясаком, отмечал Левашев, дело тоже обстоит не очень просто. Дело в том, что сами алеуты на лисиц и песцов не охотятся и их шкурки никуда не употребляют. Кроме того, пока на островах будут появляться только небольшие группы русских людей, сбор ясака наладить невозможно. Ведь алеуты полагали, что если они убьют всех людей, которые берут с них ясак, то больше к ним никто не придет, так как, по их понятию, в мире, кроме них да прибывших русских, людей больше нет. Пока Алеутские острова принадлежали России, местные жители видели очень мало приезжих. А затем их вместе с Аляской продали США. Но к нашей истории все это уже не имеет никакого отношения.

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: