Русское жилье в середине XIX века. Продолжение темы


Ворчалка № 123 от 25.08.2001 г.


Введение

85-й выпуск Ворчалок породил довольно большое количество писем, в которых вы, уважаемые читатели, просите продолжить эту тему. Для начала я предлагаю вашему вниманию ещё два маленьких очерка. В первом из них мы побываем глазами того же Готье в мастерской художника Зичи, венгра по происхождению, но с 1847 года работавшего в Петербурге. Заметки Готье принесли Зичи европейскую известность, и с 1874 по 1880 годы он работает при венском дворе, но затем возвращается в Петербург и становится придворным живописцем. Следует заметить, что маслом он работал очень мало. Второй же очерк посвящён искусной модели русского дома.



В мастерской у М.А. Зичи

Сейчас имя художника Михаила Александровича Зичи (1827-1906) мало что говорит читателям. Оно известно только знатокам русской живописи. Но в середине XIX века его работы пользовались большой популярностью в России, хотя за рубежом и были почти неизвестны. Готье в своих записках о путешествии в Россию шутливо замечает, что русские держат Зичи только для себя. Готье удалось встретиться с Зичи, и он дал описание этой встречи, причем подробно описал и квартиру художника. Посмотрим, что представляла собой квартира русского художника в середине XIX века, подразумевая, что описание сделано французским писателем.



Каждая квартира в России начинается с прихожей, где каждый посетитель скидывает на руки слуге шубу, которую тот одевает на вешалку, и снимает галоши. Вид груды висящих шуб и свалки галош поражают глаза иностранца в любом доме.



Затем следовала просторная гостиная, одна из стен которой была увешана охотничьим оружием. На оленьих рогах и шкурах рыси, волка и лисицы висели ружья, карабины, ножи, охотничьи сумки и пороховницы. Все было как в доме обер-егермейстера или спортсмена-охотника. Но на других стенах висели гравюры и картины в рамах, а также висело несколько пустых рам, ожидавших полотен. Это уже указывало на жилище художника. На окне стояли вазоны с тепличными растениями. Посередине комнаты стоял большой круглый стол, за которым по пятницам собирались приглашенные гости.



Сразу после неё шла вторая, гораздо меньшая комната. Угловой диван украшал в ней сразу две стены. Напротив него стояла резная перегородка (Готье отмечает, что такие перегородки являются шедеврами русского столярного искусства). Внешне она напоминала работу из кованого железа, так как, повинуясь фантазии мастера, там были и арабески, и решетки, и древовидный орнамент, и различные завитки. Из жардиньерок тянулся плющ и другие вьющиеся растения, свешивая свои настоящие листья на резные деревянные. Все вместе это выглядело очаровательно. С помощью таких ажурных перегородок можно уединиться в углу гостиной или посередине комнаты, можно составить себе спальню, кабинет или будуар, т.е. можно уединиться и в то же время находиться в общей атмосфере дома. На консолях, образуемых выступами орнамента, стояли статуэтки Полле [Виктор-Флоранс (1811-1883)]. Сквозь решетку можно было видеть развешанные на стене национальные костюмы черкесов, лезгин и казаков. На боковых стенах висели великолепные гравюры с фресок Каульбаха [Вильгельм фон Каульбах (1805-1874)], украшавших лестницу Берлинского музея. Висели также картина Поля Делароша (1797-1856) "Убийство герцога Гиза", несколько медальонов с портретами работы самого Зичи, а также другие безделицы.



В комнате, где Зичи принимал Готье, выделялись детские доспехи XVI века, которые стояли на каминной полке, там, где обычно стоят часы. Вместо зеркала на камине висели доспехи и оружие разных народов. Здесь были: толедские шпаги, дамасские клинки, ятаганы, малайские кинжалы, кортики, ружья с длинными черными стволами, приклады которых были инкрустированы бирюзой и кораллами. Стена была увешана колчанами, луками, большими мушкетонами, пистолетами, грузинскими кольчужными шлемами, персидские штыки, наргиле из корассанской стали, африканские дротики и еще множество предметов. Оружие было страстью Зичи, который выискивал его, где только возможно. Другая стена была занята книжными шкафами, где были шедевры почти всей европейской литературы на языках подлинников. Две другие стены занимали окна, занавешенные красивыми тяжелыми шторами. Пюпитр художника стоял около окна, в углу, и художник мог работать только в светлое время суток.



Готье был очарован творчеством Зичи и назвал его "чудесным гением".



Стеклянный домик Нащокина

Среди множества замечательных редкостей, находившихся в квартире Нащокина, был и двухэтажный стеклянный домик, длина которого составляла около двух аршин (примерно 142 см). Каждая отдельная часть этого домика и его украшения были заказаны заграницей: в Вене, Париже и Лондоне. Обошелся этот домик Нащокину около 40000 рублей (правда, источники не указывают: серебром или ассигнациями). По тем временам деньги просто огромные. Домик имел в плане форму квадрата, был обрамлен богемскими зеркалами и имел два отделения, верхнее и нижнее.



В верхнем отделении помещался танцевальный зал со столом в середине, сервированным на 60 кувертов. По четырем углам зала были размещены столы, на каждом из которых находился бронзовый канделябр на малахитовой подставке. На потолке, вылепленном в мавританском стиле, висели три серебряные люстры, каждая на 50 свечей. В одном из углов зала стояла арфа, а в другом находился рояль, на котором хозяйка дома могла играть небольшие пьесы, ударяя по клавишам спицами для вязания.
Находились в зале также ломберные столы с картами, щеточками и мелками для карточной игры. Весь зал был украшен тропическими растениями, сделанными в Париже так искусно, что они казались живыми.



Нижний этаж представлял собой жилые покои какого-нибудь вельможного жилища. Тут не была забыта ни одна мелочь. Стены этих покоев, частично мраморные, а частично покрытые разноцветным штофом, были украшены маленькими картинами, писанными масляными красками. Там стояло пианино с нотами, и находилась миниатюрная библиотека. Для печатания одних только заглавий книг был создан шрифт, причем такой мелкий, какой бывает только на денежных ассигнациях. Здесь же находился целый арсенал оружия, ящик с пистолетами Лепажа, бильярд, сигары и т.д. Столовая утварь была сделана из серебра. Паркет на обоих этажах был мозаичный. В сводчатом подвале под домиком находился винный погреб, в котором в открытых винных ящиках хранились различные дорогие вина, укупоренные заграницей. Имелась даже восковая свечка для зажигания канделябров.



В одной из комнат сидят пестро одетые дамы, в дверях стоит фигура военного, которого взмахом руки приветствует хозяйка. В другой комнате хозяин и гость пьют кофе. В бильярдной идет игра. Все фигуры одеты в костюмы соответствующие тому времени. Жизнь старого русского барского дома была схвачена очень искусно.



Посмотреть на этот чудесный домик к Нащокину съезжалось множество знатных людей. Когда Нащокин разорился, ему пришлось продать этот чудесный домик.

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: