Несколько дополнительных штрихов к портрету Богдана Хмельницкого. Часть II. Меж двух огней


Ворчалка № 114 от 23.06.2001 г.


До крымского хана и турецкого султана должны были дойти какие-то слухи о союзе гетмана с Москвой. И гетман старался всячески оттянуть момент разоблачения его двуручной политики, так как явный разрыв с султаном его пока не устраивал. В апреле 1654 года Хмельницкий пишет письмо крымскому хану, в котором жалуется, что поляки не соблюдают Жванецкий договор, и уверяет хана в своей преданности и верности союзу. Вы за датами следите, пожалуйста! Это уже апрель! Я не могу удержаться, чтобы не привести несколько пространных цитат из этого письма:
"Что мы писали о поновлении присяги между козаками и татарами, то это заявлялось не по моей воле, а по воле целого войска, по тому поводу, что трактаты, состоявшиеся под Каменцем (Жванецкий договор) о нас, не привели ни к чему последовательному, и мы до сих пор не имеем привилегий от короля на Зборовские условия; напротив, вместо мира, великое беспокойство и война; к тому же и некоторые из войск вашей ханской милости учинили нам великие кривды, а потому войско наше как бы пришло в сомнение. Но когда мы остались уверенными в неизменном расположении вашей царской милости и в вечной неразрывной присяге, то мы вашу царскую милость благодарим, а со своей стороны обещаем, что навеки вечные ничем не нарушим нашей присяги, и после нас будут соблюдать ее и потомки наши, которую присягу, Бога высочайшего призывая во свидетели, мы ныне поновляем, желая оную сохранить вечно, разве бы какая-нибудь значительная немилость оказалась к нам от вашей царской милости по козням неприятельским. Бог видит, мы того не желаем, а напротив - нижайше просим вашу царскую милость: если бы кто на нас клеветать стал, не извольте нять веры. Хоть наши враги на нас клевещут лживо, а тут сами под нами копают ямы".



Гетман уверяет хана в своей преданности, упоминает о некоторых обидах от татар и соловьем заливается о верности союзу против поляков. А уже три месяца как в союзе с Москвой! Но читаем немного дальше:
"Затем, если б и далее войска их (т. е. поляков) наступали на нас, покорно просим вашу царскую милость о вспомогательных силах, сообразно вечной присяге. Мы обязаны будем заслужить это взаимною нашею услугою против каждого неприятеля. Что касается до Москвы, что мы с нею вошли в приязнь, то мы учинили так по совету вашей царской милости (ты же, хан, сам нам и советовал - не помнишь? - комм. Ст. Ворчуна), когда поляки со всех сторон на нас привлекали врагов, отчего же и нам того же с ними не чинить, лучше же нам иметь друзей со стороны Смоленска и других городов королевских! Что же наши посланцы намекнули перед вашим царским величеством, яко бы Москва нами овладеть имела, то такая у нас в то время пошла было ведомость, но теперь о том нет уже никакой речи. Когда появится у нас что-нибудь новое по этой части, мы не замедлим уведомить о том вашу царскую милость".



И почему это в СССР, когда хотели привести пример оголтелого клеветника и дезинформатора всегда вспоминали доктора Геббельса? Вот пример наглой лжи, который почти на триста лет старше. На что надеялся гетман? Он или хотел отсрочить соединение крымских и польских войск, или надеялся еще половить рыбку в мутной воде, благо султан (чьим данником он оставался) далеко. Вдруг да удастся еще разок натравить хана на поляков. Но в 1654 году умер Исмаил-Гирей, а новый хан Мехмет-Гирей немедленно заключил с поляками договор о совместных действиях против Москвы и ее союзников. Он Хмельницкому совершенно не доверял, а с поляками до этого не воевал, в отличие от Исмаил-Гирея, и воевать не собирался. Но гетман на всякий случай продолжает умасливать хана и заканчивает письмо в том же духе:
"...просим покорно вашу царскую милость, изволь нам дать свое решение и сообщить нашим посланникам совет: как поступать с агами и беями, и как давать отпор тем, которые начнут наступать на нас. Изволь также уведомить нас о вспомогательных силах: скоро ли они будут. Видит Бог, мы не даем повода к разрыву с вами. Вторично просим: изволь о всем уведомить нас через наших посланцев, а мы, собравши свои полки, станем ожидать. Далее, что у нас будет происходить и какие известия откуда-нибудь получим, обо всем не замедлим уведомить вашу царскую милость".



Мягко стелет гетман, но веры ему у татар уже нет! Ясно, что Хмельницкий как можно дольше хочет скрывать от мусульманских покровителей свою новую присягу, теперь уже московскому государю. Весной 1654 года начались активные военные действия Москвы против Польши. Хмельницкий с казаками воевал в Малороссии против поляков и пришедших им на помощь крымских татар, а против Польши выступили также шведы. Поляки стали терпеть сокрушительные поражения, и государство было уже на грани уничтожения, но дипломатическим путем коалицию удалось расстроить, намекнув Алексею Михайловичу о неплохих его шансах быть избранным еще и королем польским. Да Россия и так уже готовилась к войне со шведами, которые пока еще были ее союзниками. Но это уже немного другая история...



А наш гетман все еще продолжал дурить голову турецкому султану, посылая ему верноподданнические письма. А возможно и просто вел двойную игру, пытаясь обдурить и Стамбул, и Москву. Но у Москвы хватка оказалась жестче. И вот еще один любопытный документ, уже от сентября 1655 года, в котором султан отвечает на очередное послание нашего славного гетмана. Малороссия уже полтора года дала присягу на верность Москве, но, как видно из текста письма, не желала разрыва и со Стамбулом. Впрочем, судите сами по приводимым отрывкам:
"Вы сообщаете, что Мехмет-Гирей хан соединился с ляхами, да, кроме того, с венграми и с разными людьми земли нашей, и воевал против вас, нарушив свою присягу, и вы, видя вокруг себя врагов, принуждены были призвать к себе Москву на помощь. Тем не менее, однако, вы прибегаете к нам и просите, чтобы мы вас под руку нашу и под оборону приняли, сообразно давним писаниям вашим. Мы вас, яко верных и доброжелательных слуг наших, под оборону нашу берем и обещаем помогать вам против каждого вашего неприятеля".



Хитер гетман! Хотел быть слугой двух господ и стравить всех своих врагов. Султан согласен опять взять его под свою опеку, да вот беда - Москва возражать будет, причем очень активно, а гетман этого, возможно, и не ожидал. А султан продолжает взывать к гетману:
"По всем землям моим я оповестил, что Войско запорожское состоит под рукою моею, именуя вас, паче всех других, верными и доброжелательными слугами моими".



Далее султан просит, чтобы казаки не ходили походами в турецкие земли, а также не дозволяли и московитам туда ходить. Следующие строки следует понимать как договор о взаимной обороне и взаимопомощи при внешней агрессии, причем султан обещает любую требуемую помощь. В заключение письма идет любопытный текст присяги:
"Для лучшей веры и верности вы потребовали от нас присяги (вот наглец наш гетман! - комм. Ст. Ворчуна), и присяга наша такова есть: наперед свидетельствуемся тем, кто сотворил и землю, и небо, и нас всех, под рукою которого мы все живем, свидетельствуем и всеми пророками, которых признаем как мы, так и вы. Пусть они станут на оном свете свидетелями в том, что я со всем государством моим хочу соблюсти мою присягу. Вы также, гетман Богдан Хмельницкий, со всем Войском запорожским, присягу свою принесли нам в том, что будете нам верными и доброжелательными слугами, как и мы присягу свою вам принесли, что будем вас иметь верными и доброжелательными слугами своими; итак, вы о нас верьте, что мы вас за верных слуг своих имеем, а мы верить будем, что вы желаете быть нашими верными слугами. Как с прежним ханом, Ислам-Гиреем, жили вы в дружелюбии, так и с нынешним ханом живите в дружелюбии, а также и с молдованами, волохами, венграми, как с нашими слугами, находитесь в дружелюбии".



Далее султан извещает гетмана, что жалует ему шесть ценных кафтанов и призывает его много лет жить в мире, раз они оба присягали на книгах Моисеевых.



Трудно сказать, сколь долго еще Хмельницкий морочил бы голову султану и царю, если бы не умер в 1657 году. При следующих гетманах политика Малороссии поворачивалась в разные стороны, но скинуть тяжелую руку московских царей уже не удавалось.



Интересно, до каких пор Великая Порта числила запорожских казаков своими подданными? Россия считает, что Малороссия вошла в ее состав в январе 1654 года. А что считает Турция? И чего на самом деле добивался Богдан Хмельницкий?

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: