Петербург, XIX век


Анекдоты № 59 от 19.12.2000 г.


Акробаты Вейнерты

В середине XIX века в Петербурге на Крестовском острове процветал "Русский трактир". Здесь же тогда выступал и известный акробат Иосиф Вейнерт, который отличался необыкновенной неустрашимостью. Простые люди и звали его просто: Оська. Этот Иосиф Вейнерт ходил по канату, натянутому на высоте около десяти саженей. Он был вечно пьян, часто позволял завязывать себе ноги, а на спине носил корзину, в которой находился его престарелый отец. Старый Вейнерт в свое время уже поплатился за свою смелость. Однажды, во время своего выступления он уже приближался к беседке, устроенной на большой ели, чтобы закончить свой номер, но вдруг оступился и полетел вниз, ударясь о ветви и сучья дерева. Его подняли замертво и выхаживали полгода, но с этим номером он больше уже не выступал. Летом славился и другой номер Иосифа Вейнерта. Он залезал на высокую деревянную башню, построенную на берегу Большой Невки. На ноги ему привязывали пудовые гири, в руки он брал горящие факелы и прыгал в воду. Через некоторое время он появлялся на поверхности воды уже в другом одеянии и без гирь и устраивал разные номера в воде.


Пешеходные прогулки

в петербургском обществе ввел в моду император Александр Павлович через пару лет после восшествия на престол. Гуляли, в основном, на островах и на прилегающих берегах Невы. Император, впрочем, предпочитал гулять на Каменном острове.



Фаворитка Александра I

Мария Антоновна Нарышкина (1779-1854) была известной светской красавицей и фавориткой императора. Из-за этого ее даже называли "маленькой повелительницей". Император был настолько влюблен в нее, даже во время их кратковременных разлук его тоска бросалась в глаза приближенным. Но свет был жесток, и над ее мужем, обер-егермейстером Дмитрием Львовичем Нарышкиным (1758-1838), даже смеялись, когда он во время болезни ее маленькой дочери неотлучно находился при ней в Царском Селе,
"провел там и ночь, когда умерло дитя, и горько плакал на ее похоронах".



Нарышкина и Аракчеев

На Колтовской набережной в Петербурге находились дачи Нарышкина, о котором я писал выше, и камергера Зиновьева, который в Лейпцигском университете учился вместе с Радищевым, Ушаковым, Кутузовым и другими. На даче Нарышкина любил бывать император (см. выше), а на дачу к Зиновьеву часто заезжал граф Аракчеев, который недолюбливал Нарышкину. Он следил за ней с балкона Зиновьевской дачи, а потом с различными добавлениями рассказывал об увиденном своим друзьям. Нарышкина также чувствовала глубокую антипатию к временщику, так что его имя даже не упоминалось в ее присутствии.



"Тоня под елями"

Около Крестовского острова есть одно глубокое место, напротив которого на берегу был построен небольшой деревянный барак, а рядом на воде стоял плот с вертикальным ручным воротом для вытаскивания сетей, заводимых с лодок. Это место славилось отменными уловами лососей. С 1805 года крестьяне села Рыбацкое Зотовы арендовали это место у князя Александра Михайловича Белосельского-Белозерского (1752-1809). Слово "тоня" жители Рыбацкого произносили с ударением на втором слоге. В теплые белые ночи здесь любили кутить купцы, а из выловленной рыбы варить уху на шампанском.



Первый пароход

появился на Неве в 1815 году. Его построил Чарльз (Карл Николаевич) Берд (1766-1843). Он даже не построил, а установил на баржу паровую машину. Летом пароход, названный "Елизавета", опробовали на Неве, катая публику от одного берега до другого. Берд назвал свое детище стимбот, публика называла его пироскаф, а слово пароход было впервые употреблено в ноябре 1815 года после описания рейса "Елизаветы" в Кронштадт и обратно. Оно быстро вытеснило все другие названия. На испытаниях было установлено, что при попутном ветре судно прошло путь до Кронштадта за 2 часа 30 минут, а при встречном ветре - за 3 часа. Скорость судна по течению Невы составила 12 верст в час, а против течения - 7 верст в час. Первый собственно пароход был построен Бердом уже в 1816 году.



Название Каменный остров

(в Петербурге) является переводом с финского kivi-saari (kivi - камень). Это название встречается на шведских картах XVII века. Петербургские старожилы считали, что свое название остров получил из-за большого камня, лежащего в воде около острова. Этот камень виден из воды, а за ним течение реки производит сильную струю.



"Царские дни"

- так в России назывались дни рождения и тезоименитств монарха и членов царствующего дома, а также дни восшествия на престол и коронации императора. "Царские дни" делились на высокоторжественные и торжественные. К первым относились дни восшествия на престол и коронации, дни рождения и тезоименитства вдовствующей императрицы, царствующей четы, наследника престола и его супруги. Эти дни, кроме двух последних, были выходными (табельными). Просто торжественными считались дни рождения и тезоименитств прочих членов дома Романовых.

Все "царские дни" отмечались при дворе, куда приглашали для участия в богослужении и принесения поздравлений офицеров гвардейских и армейских частей, сановников первых пяти классов и иностранный дипломатический корпус. В придворном храме литургию обычно служил митрополит Санкт-Петербургский или один из членов Святейшего Синода. В дни тезоименитств во всех церквах после литургии отправляли особый молебен святому, чье имя носило царственное лицо; в дни рождения - общий молебен за здравие; в коронационные дни - специальный молебен на это событие. Городские власти участвовали в богослужении в Казанском и Исаакиевском соборах.

В высокоторжественные дни, как правило, проходили церковные, т.е. с молебном, парады войск петербургского гарнизона, а в торжественные - парады тех полков, чьими шефами были виновники торжества. Когда "царские дни" не совпадали с траурными или великопостными, они сопровождались маскарадами, балами при дворе, народными гуляньями и фейерверками, а также угощением для солдат, воспитанников учебных заведений и "недостаточных". С 1862 года празднование торжественных дней стали переносить на ближайшее воскресенье.

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: